— Не совсем. — Кьяра замотала головой. — Что значит "я пролетал"? Кто такая Семар?
— То и значит, что пролетал. Королевский грифон, — он наигранно низко поклонился, — к вашим услугам. Семар моя подруга, а еще она сильный маг. Кстати, вода стынет. — Он зевнул и указал пальцем на бадью за ширмой.
— Хорошо… — Неуверенно ответила девушка. Первый информационный голод был утолен. Оснований не верить словам своего, пусть и странного, но все же спасителя, не было. Девушка зашла за ширму и сняв одежду погрузилась в почти горячую воду. Это чертовски расслабляло и почти доводило до экстаза.
Хотел бы убить или ещё чего по хуже, то уже бы давно это сделал. Да и жители священного леса не убивают и не насилуют девушек.
***
Злобный громкий смех с отчетливым привкусом горечи эхом отбивался от стен и терялся где-то в замысловатых рисунках фресок на холодных каменных стенах.
Смех перешёл с рык и потом почти в вой.
— Это просто неслыханно! — Процедил через зубы мужчина. — Мелкая бледная моль! Абсолютно безоружная, беззащитная и обвела вокруг носа воина, — он закашлялся в кулак, — одурачила тренированного смертоносного убийцу. Лучшего в легионе, хотя и не самого покорного и легко управляемого. — Маг выплюнул последние слова, глядя на валяющегося у его ног ассасина.
— Ещё бы, — убийца сплюнул кровь, попав аккурат на сапоги своего хозяина. — Я вот тоже не горел желанием снова видеть твою рожу.
Каспар не долго думая ударил тем самым грязным сапогом Дамира по рёбрам. Маг не был физически силен и особого урона не нанес. Так как ассасин предвидел такой такой исход и приготовился к удару.
Королевский советник понял, что выбрал не тот метод и достал из кармана медальон. Сжав его в ладони одной руки, раздался пробирающий до внутренностей крик.
— Почему я постоянно должен тебе напоминать о том, где твоё место? — Прошипел маг. — Ты выследишь её, схватишь и притащить сюда. Любой ценой!
— Она же в Виридианском лесу, — снова засмеялся Дамир, — как я её оттуда достану. При всем уважении, оттуда её сам король не достанет. Если конечно не сожжет лес до тла. Я ведь знаю, что его величество только пугает своей армией дрыщей с фонариками.
— Да как ты…! — Дамиру было абсолютно все равно, что он сам копает себе яму. А может таков был его замысел, вывести Каспара из себя, чтоб тот убил его и, наконец, освободил от этого рабства и боли.
— А что? Я неправду говорю, что ли? Слащавые любители задниц. Дааа, наученные магии, несомненно смертоносные. В тряпках вместо доспехов. Остались мы. Единственные воины, связанные печатями, подневольные. Ах, да! Ещё нанятые его величеством головорезы. Вот так вот удерживается власть Бертогории. — Перебил ассасин.
У Каспара мгновенно пропало желание бить и истязать своего фактически раба. Он понимал, что король Якуб и его власть держатся на честном слове. Хоть бунт во главе с сером Грегором был подавлен, но в королевстве постоянно вспыхивают новые очаги восстаний. На данный момент очень сильно портит кровь Годрик, рыцарь которого все это время считали погибшим. Он собрал большую армию ополченцев, но локализовать место нахождения ополченцев не представлялось возможным.
Мы их бьём, а они снова лезут и лезут, как котята на кактус.
Вернувшись из своих раздумий в реальный мир, Каспар отдал приказ: — Вымани ее хитростью. Выведи на нейтральную территорию и схвати.
Советник короля шаркнул плащом и не ожидая ответа вышел из комнаты. Дамир лёг на спину и сделал вдох полной грудью, вытирая кровь с разбитой губы рукавом. Холод от мраморных плит просочился сквозь ткань и приятно успокаивал горевшие от боли синяки и ушибы.
***
Она сидела за небольшим, но очень красивым деревянным резным столом, держа в руках колоду карт. В ее внешнем виде практически ничего не выказывало, что женщина принадлежит к высшему сословию. Почти все ходили в похожих нарядах, девушки заплетали самым вычурным образом заплетали косы из длинных-длинных волос. Часто жительницы леса Виридиан вплетали в волосы цветы. Одна лишь Семар отличалась своими короткими волосами, едва достающих до подбородка.
На голове же у королевы была тиара из остроконечных кристаллов, на первый взгляд Кьяра предположила, что это адуляр. В камнях она не разбирались особо, но как выглядит лунный камень, она знала хорошо. Он очень нравился её матери.