— Ваше величество, — Кьяра глубоко почтительно поклонилась.
Королева священного леса ответила лишь одной лёгкой улыбкой и одобрительно кивнула. Она жестом пригласила девушку присесть за стол напротив нее и продолжала тасовать колоду карт.
Кьяра учтиво промолчала и присела на резной массивный стул, который ей любезно подал все это время молча стоявший в стороне Гисаэль. Королева лишь глянула на него и он кивнул ей услышав этот немой приказ и вышел за дверь.
Принцесса молчала, боясь издать лишний звук. На своём коротком веку она не успела побывать на аудиенциях с высопоставленными лицами, тем более королями и королевами. Звенящая тишина и шорох бумажной колоды карт в руках правительницы положили начало повествованию.
Королева достала три карты выложила их аккуратно в ряд своими длинными изящными пальцами.
На первой карте девушка увидела человека сидящего в полном одиночестве, окруженного туманный ореолом, которому не было конца и края. Карта была перевернута вверх ногами. На второй карте Кьяра увидела человека подвешенного за нього вниз головой. Она казалась ей самой жуткой, увидев её она слегка вздрогнула. На третьей карте был изображен воин с мечом в руке,но эта карта была перевернута так же как и первая.
Тишина разбилась со звоном, как хрустальная чаша.
— Ты потеряла себя. — Королева подняла на неё взгляд впервые за долгое время. — Ты винишь и себя и весь мир. Но ты не всегда была такой. — Женщина задумалась, положив пальца на карту с воином, обнажившим меч. — Был рыцарь да сгинул, — она закрыла глаза, не убирая рук с карты. — И вот остался паж. Не простой случай. Когда-то был таким, — она положила карту в правильное положение, — но жизнь его не щадила, — королева вернула карту в первоначальное положение. — Хитрым стал, злым, корыстным.
Кьяра молча слушала, пытаясь удержать в груди рвущееся на части сердце. Королева достала ещё три карты и положила их на карту с воином.
— Юноша, пронзенный десятью мечами, переродится, — королева указала на карту, где была изображена Смерть. Кьяра вздрогнула. Владычица заметила волнение девушки и поспешила пояснить: — Хоть здесь ты и видишь Смерть, но это означает перерождение. И здесь ангел трубит, — она указала на третью карту. — Жребий брошен. Он все пересмотрит, многое поймёт, осознает и признает.
— Я… — Вырвалось из уст принцессы, но тихий всхлип заглушил все то, что она хотела сказать. Однако девушка быстро взяла себя в руки, вытерла непрошенные слезы и уже хотела что-то сказать, но королева её опередила.
— Я знаю, о чем ты станешь меня просить. И я больше не буду копаться в твоей душе, — она рукой провела над разложенными картами, словно на что-то указывая. — Я не могу выполнить твою просьбу. Это не наша война.
— Ваше величество… — Кьяра понимала, что это неслыханная наглость, но её тон все же превысил те границы, в коих находилась культурная беседа. Она резко поднялась со стула. Но королева не стала реагировать на эту вольность, понимая положение девушки, отчаянно нуждающейся в помощи.
— Я не закончила ведь, дитя. Присядь. — Принцесса послушно уселась на стул и стыдливо опустила глаза. Владычица священного леса обошла её сзади.
— Ты способна на великие свершения, но ты зациклена на мелочах. — Женщина стала перебирать молочно-белые пряди волос Кьяры. Потом она взяла и откинула их в сторону, открыв взору магическую печать.
— Вот это, — она дотронулась тёплой ладонью к метке, — никогда не сможет удержать ту мощь, которая в тебе таится. — Магическая печать, некогда связывающая силы юной чародейки, свернула в последний раз огненной вспышкой и исчезла. Кьяра почувствовала, как кровь забурлила по её венам, повсюду, по рукам и ногам, в животе стало тепло, горячо в груди и на самых кончика её пальцев заплясали маленькие искорки, какие обычно вздымаются вверх от костра. Кьяра почувствовала огонь внутри и приветственно улыбнулась ему.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов