- Всё хорошо, Вир, – стала успокаивать его она, - Я вернусь. Верь мне, - Она подошла и обняла его, - Позаботься об Юлии пока за ней не придут.
Отстранившись и погладив по щеке, она обернулась к Малике.
- Мы с тобой заключили сделку. Ты и твои фохи не трогают людей и Юлию. Вы оставляете их в покое и уходите. Я за это иду с вами. Там ни ты, ни фохи не причиняют мне вреда. И если меня отпустит ваша Проматерь, я спокойно ухожу. Договорились?
- Договорились, - все так же приторно улыбаясь, уже мелодичным голосом, отозвалась МелИсса.
- Клянись, - потребовала еще раз девушка.
- Клянусь Пропатерью, что выполню твои условия.
- Хорошо, - проговорила Веда. Вернувшись к Юлии, которая уже сидела и почти с ужасом смотрела на нее, она обняла девушку. А сама, сжав хрустальный листик, мысленно позвала Шера, прося прийти и помочь в беде его новой сестренке Юлиане. Не будучи уверенно, что все сделала правильно, она тем не менее улыбнулась девушке и заверив, что всё будет хорошо, отправилась к Малике.
- Хороший "ужин", - улыбаясь, издевалась МелИсса, шагая рядом. Фохи окружив их по кругу, не спеша следовали рядом с ними.
- Слушай, чернявая, я б тебя послала, да вижу ты оттуда, - ухмыльнулась Веда, не останавливаясь, - Так что, помолчи, а.
Малика, оскорбившись, замолчала, а Веда стала продумывать дальнейшую линию своего поведения.
Вирхан
«Прибил бы сам эту девчонку. Да видно, уже не судьба… А может всё-таки…».
Вир, метался из стороны в сторону, не зная что предпринять. МелИсса вместе с фохами ушли, как и обещали. И надо было бы радоваться, что все живы. Но вместе с ними ушла и Веда. А это уже не радовало. Посовещавшись все мужчины решили лечь спать возле одного костра, не разбредаясь. И теперь все улеглись, один Лерко сидел возле их костра, сторожа покой спящих. Вир изображал «льва в клетке», мечась по поляне. Посмотрев на Юлию, которая сев и обняв свои согнутые колени руками, опустив на них голову, всё также находилась возле дерева, где ее оставила Веда и тихо плакала. «Как будто уже оплакивает свою заступницу», пришло ему на ум. Он выругался. «Блин!», припомнив он Ведено словечко. «Что делать?». Вир остановился, вздохнул пару раз, пытаясь успокоиться и подошел к бывшей МелИссе.
- Что Веда тебе сказала?
- Что всё будет хорошо. И за мной придут, - тихо ответила та, поднимая голову и вытирая ладошками льющиеся слезы.
- Кто? – доставая платок и протягивая ей, уточнил наемник.
- Карритэ, - приняв платок и промокнув им слезы, сделала пару вздохов, пытаясь успокоиться, Юля.
- Кто? – переспросил тор.
- Карритэ, - повторила девушка, - Они, вроде бы, названные братья Веды.
- Час от часу не легче, - простонал наемник. «Еще и братья какие-то. И что я им скажу, куда делась Веда?». Посмотрев она Юлию, и вздохнув, принимая решения, что пока ничего сделать не может, так как он в ответе перед Ведой за это «чудо в перьях». Опять вспомнив Ведены словечки, улыбнулся и предложил, - Иди умойся. Там в небольшом котелке вода. А потом ложись спать. Утром что-нибудь придумаем.
Юлия кивнула и встав, пошла умываться. Выполнив его указание, она улеглась возле дерева и закрыла глаза. Вир, укрыв ее своим одеялом, сел рядом. Прикрыв глаза и стал думать, что делать дальше. Не заметно для себя он задремал.
Проснулся резко. Как будто кто-то разбудил. Открыв глаза, он узрел на поляне тринадцать белоснежных тигров с разноцветными всполохами полосок-разводов, не спеша приближавшихся к ним. Вокруг стояла необычная тишина. Быстро осмотревшись, тор увидел, что все спят. Даже Лерко сидел возле догорающего костра и, обняв вещевой мешок, слегка похрапывал во сне. Вир опять посмотрел на «незваных» гостей». Медленно поднявшись он вытащил нож, готовый в любой момент отразить нападения.
Тигры застыли на расстоянии трех метров от людей, выстроившись полукругом. Виру показалось, что у них в глазах промелькнуло удивление. А от тринадцати отделился тигр с синими разводами и не спеша стал приближаться к спящим. Остановившись возле самого костра он оскалился, показывая огромные белоснежные клыки.
«Ну, бой, так бой!», решил Вир, тихо выдвигаясь вперед, чтобы принять первый удар на себя. Тигр пригнулся, готовясь к прыжку.
- И что здесь происходит? – раздался громкий, такой знакомый, такой родной голос. Все бодрствующие на поляне, в том числе и тигры, повернувшись на голос, узрели не́что в сверкающем, переливающемся всеми цветами радуги, одеянии.