- У него в роду оборотни были, - как ни в чем не бывало просто сдал его Лео, - Сам он человек, а вот врожденные способности кое-какие есть. Скорее всего он по запаху может определять людей.
- Откуда…? - настороженно смотря на парня, начал тор.
- Я сам такой, - так же просто ответил ему оборотень. Правда, что он может оборачиваться и всё такое, пока не спешил раскрывать, - Так что расслабься. Мы не из болтливых. Хотя, - он усмехнулся, смотря на Веду, - Эта может уболтать кого угодно.
- Наветы и наговоры, - принялась защищать свою репутацию Веда, - Внутри я белая и пушистая.
- Ага, - вступил в разговор Савик, - Только где-то очень глубоко внутри.
Мужчины опять заулыбались.
- Ну уж какая есть, - присоединилась Веда к ним.
Спать легли сразу же после ужина, распределив дежурство. Первым вызвался Савик, за ним остаток ночи на охрану их маленького лагеря назначил себя Гор. Лео с Ведой решили дать отдохнуть.
Улегшись на приготовленную ей парнем лежанку и уже засыпая, девушка улыбаясь мысленно призналась оборотню.
«Люблю тебя, мой друг! Всегда мечтала о старшем брате. А тут у меня и ты, и Карыч. И… Спасибо тебе Лео!».
«За что?», - услышала она у себя в голове.
«За то, что ты есть в моей жизни», - не таясь ответила она, засыпая.
И уже не видела и не слышала как в ответ на её признание Лео открыл глаза, долго-долго смотрел на девушку, а потом также мысленно произнес.
«А я благодарю тебя, что ты есть у меня».
***
- Вееедааа, - сквозь сон услышала девушка свое здесь имя и улыбнулась.
«Ну кому это неймется? Дайте поспать».
- Веедаа, - опять донеслось до её слуха знакомый шёпот.
«Ну что?», не открывая глаз, продолжая балансировать на грани сна, спросила она неизвестного оппонента.
- Вставай. Пора. Время пришло, - опять услышала Веда.
«Пяточек. Открывай. Вини Пух пришел», почему-то пришло на ум девушки и она засмеялась просыпаясь, открывая глаза.
Их лагерь спал. Полностью. И их охранник тоже. Огонек костра весело потрескивал искрами, но горел как-то неправильно. Но вот как, она спросонья определить не смогла. Оставив это занятие, она переведя взгляд на окрестность и увидела Ташу собственной персоной.
Она парила в воздухе в серебристом длинном платье с длинными свободными рукавами и широким поясом, где на месте бляшки красовался ромбообразный знак из темно-серебряных, синих и белых нитей. Волосы были заплетены в две толстые косы и уложены короной на голове. А в волосах блестела в свете луны небольшая заколка в форме треугольника с какими-то белыми и синими камнями. Но даже не одеяние и преображение хейфы заинтересовали девушку. За спиной у Таши слегка колыхались аккуратненькие, длиной с ее руку и шириной сантиметров пятьдесят серебристые, мерцающие и переливающиеся в ночном свете крылышки. Веда встала и подошла ближе в хейфе.
- Здравствуй, ТоннаТей-Рон, Дарующая Свет Истины, - поприветствовала её Таша.
- Привет. Давай без официоза. Просто Веда, - не отрывая заворожено-восторженного взгляда от крыльев хейфы, попросила она. Ей улыбнулись. И повернувшись, позвав за собой, Таша поплыла по воздуху в сторону реки. И Веда пошла за ней. Ни страха, ни мыслей не было. Было просто хорошо и спокойно. И уверенность, что всё так как надо. Как тогда на берегу реки с Шером. Девушка, посмотрев ещё какое-то время на крылья и оглядевшись куда это они идут, спросила, - Я же не сплю?
- Нет, - был ей ответ, - Я хочу с тобой поговорить.
- Хорошо, - соглашаясь с таким приглашением и спокойно следуя за летящей девой, сказала она.
Берег преобразился. Больше не было брошенных бревен, сухой травы. Не было пятен крови на песке. Вместо старой картины Веде открылся завораживающий пейзаж ночного моря, с отраженной в нем дорожкой луны. На берегу буйной цветом росли всевозможные цветы, полностью раскрывшиеся под светом луны и источающие сейчас сладкий запах. Темной зеленью разрослись кусты всевозможных растений и невысокие деревья, названий которым она не знала. Они причудливо сплетались кронами, образуя тихую заводь и небольшую беседку с плетенными из веток креслами и столиком. На столике уже стоял графин с двумя чашечками. А над местом, где стоял столик ветки деревьев образовали небольшой люк, позволяющий освещать «природную комнатку».