Белая лихорадка это страшно. Баба Дуся рассказывала Веде, что эта болезнь пришлая, занесенная кем-то из странников. Такими же пападанцами как и Веда. Лихорадка сжигает человека изнутри за считанные дни. У человека, поднимается очень высокая температура, что даже находящийся рядом с больным ощущают этот жар. Лицо, руки, ноги, все тело заболевшего покрываются белым налетом, который не смывается ничем и не дает сбить температуру болеющего. Зрачки теряют свою радужку и становятся мутно белыми. Тело заболевшего не принимает ни пищу, ни жидкость, ни какие лекарства, выворачивая все принятое из организма обратно. И от нее в этом мире не было лекарства.
Посмотрев на Вира, Веда еще раз убедилась, что этот сильный, несомненно привлекательный, но сейчас очень уставший мужчина, видно очень любил свою Нэйл, но никак не может справиться со своей потерей. Он сидел рядом, на расстоянии вытянутой руки, облокотившись на ствол дерева, под которым сидела и она. Согнув левую ногу, положив на нее свою левую руку, мужчина запрокинул голову и закрыл глаза, полные непролитых слез.
- Она все ждала меня. Мне рассказали, что когда лихорадка пришла к нам в поселение, многие, почувствовав недуг, уходили в лесной острог. Кто не заболел и выжил, потом вернулся. Нэйл сначала не хотела уходить, до последнего меня ждала, но признаки болезни были уже видны… и она ушла... Она даже не дошла туда… - голос мужчины сорвался и затих. Сглотнув, он продолжил, – Я нашел ее… откопал из-под снега … и похоронил. …
Не задумываясь, что делает, Веда интуитивно, встав на колени, благо тело уже полностью к этому времени слушалось ее, взяла за плечи и притянула мужчину к себе. Он не сопротивлялся, а сам потянулся к ее теплу. Она обхватила обеими руками его, прижав одной его голову к своей груди, а второй стала гладить голову, спину. Он обнял девушку и притянул ее ближе. Веда не сопротивлялась. Она понимала, что ему сейчас ничего кроме ее участия не нужно. Сильные мужчины не любят показывать свою слабость. А любовь и боль утраты многие из них считают слабостью. Ему нужно было выговориться. Чтобы его просто выслушали. И она дала ему это. Он выговорился, сделав этим самым, возможно, первый шаг на пути к исцелению и отпусканию любимой. Так они и стояли, молча, на коленях. Она, гладя его по голове, спине. Он, уткнувшись лбом ей в грудь, прижимая к себе. Сколько они так простояли, она не знала. Просто стояла, гладя его и всем сердцем желая, чтобы этот мужчина исцелился. Нашел силы и отпустил свою Нэйл.
Сквозь какое-то забытье она услышала рычание. Подняв взгляд, через пелену слез, она увидела черного волка. Лео? – удивилась она. Потом пришло осознание, что ее украли и он, наверное, рванул за похитителем. «Не сейчас», одними губами прошептала она, слегка качая головой, – «Уйди, пожалуйста», – Лео оскалился, не спуская горящего недовольством взгляда с них, но уже через полминуты повернулся и умчался в предрассветную тьму леса.
- Это за тобой? – тихо и хрипло спросил Вир. Он всё еще прижимался лбом к груди девушки.
- Да. – улыбнувшись, просто ответила она. – Ты не против?
- Нет. – делая вдох полной грудью и отстраняюсь от девушки, ответил наемник. Грустно улыбнулся, он обнял ее лицо обеими руками, посмотрев зелеными глазами в глаза девушки, – Спасибо. И… не плач. – вытирая слезы своими большими пальцами, попросил Вир, – Я этого не стою.