“Дышите глубже,” — скомандовала она, методично вытягивая тёмные нити из тела пациента. Те сопротивлялись, цепляясь за здоровые ткани. Часть её — целительница из прошлой жизни — автоматически сравнивала процесс с удалением инфицированной ткани, но здесь требовался баланс между двумя силами: жизнью и смертью.
Внутри Елены вспыхнул привычный конфликт. Прежняя она, врач-реаниматолог, стремилась подавить смерть любой ценой. Но теперь она чувствовала иную правду — иногда нужно позволить чему-то умереть, чтобы остальное могло жить. Преодолевая внутреннее сопротивление, она направила силу смерти для уничтожения скверны, одновременно поддерживая здоровые ткани целительской энергией.
Когда процедура закончилась, на лбу выступил пот, но результат стоил усилий — дыхание старика выровнялось, жар спал. В записной книжке появилась ещё одна пометка: “Воздушная форма заражения, передача через дыхательные пути. Узор разветвлённый, напоминает споры грибковых инфекций.”
Следующим был молодой послушник из храма знаний — после контакта с заражённым свитком его руки покрылись странными узорами. Елена сразу опознала почерк скверны — похожие метки она видела на телах некоторых учеников Небесного Ветра.
“Это опасно,” — сказала она, очищая его ладони от тёмной энергии. — “Скверна может передаваться через письмена. Какой текст ты читал?”
“Трактат о древних техниках усиления внутреннего огня,” — ответил послушник, с тревогой рассматривая свои руки. — “Его недавно передали в наш храм из школы Небесного Ветра для изучения.”
Этот фрагмент информации заставил Елену насторожиться. Новая запись в дневнике: “Письменная форма передачи, целенаправленное распространение через тексты. Возможно, попытка заразить храмы знаний.” Картина складывалась тревожная. Словно кто-то намеренно экспериментировал с различными способами заражения, распространяя скверну всё шире.
К полудню Елена чувствовала себя вымотанной. Каждый случай требовал полной концентрации, сочетания целительских техник и силы теневой печати. Она присела у окна в своём кабинете, просматривая записи последних дней, пытаясь сложить фрагменты мозаики.
Внезапно её печать отозвалась тревожной пульсацией, и через мгновение Елена услышала звук разбитого стекла в коридоре. Она мгновенно поднялась, готовая к опасности. Дверь распахнулась — на пороге появился незнакомец, несущий на руках окровавленного Лина. От обоих пахло гарью и почему-то озоном, словно после грозы.
“Помогите,” — выдохнул незнакомец, осторожно укладывая Лина на кушетку. — “За нами гонятся. Они… не совсем люди.”
Елена действовала мгновенно, запирая дверь и активируя защитные печати, которым научилась в школе Теневого Шёпота. Тени в углах комнаты сгустились, создавая барьер от чужих глаз.
“Чжан Вэй,” — представился незнакомец, проверяя пульс Лина. Его руки двигались с уверенностью опытного целителя, хотя в его ауре не чувствовалось целительской энергии.
Елена внимательно посмотрела на гостя. Он был высок, черты лица имели странное сочетание твёрдости и утончённости. Но главное, что привлекло её внимание — это необычная аура вокруг него. Воздух словно струился особым образом, создавая едва заметные искажения в потоке энергии. Она никогда не видела ничего подобного ни в этом мире, ни в прежнем.
Лин застонал, и Елена тут же склонилась над ним, руки уже скользили над его телом, считывая состояние через нити жизни. Картина была пугающей — барьер, который она создала неделю назад, почти разрушился. Скверна проникла глубже, изменяя саму структуру энергетических каналов.
“Что случилось?” — спросила она, быстро готовя травы и инструменты. — “И кто вы такой?”
“Как и сказал — меня зовут Чжан Вэй, я…” — он на мгновение запнулся, словно подбирая слова, — “путешественник. Случайно оказался рядом, когда на Лина напали.”
При имени “Чжан Вэй” Лин слегка вздрогнул, несмотря на полубессознательное состояние. В его затуманенном взгляде промелькнуло узнавание, сменившееся недоумением, словно это имя вызвало какие-то воспоминания, которые он не мог чётко сформулировать.
“Чжан Вэй?” — слабо прошептал он. — “Из школы Текущей Воды?”
Феликс бросил на Елену быстрый предупреждающий взгляд и кивнул: “Да, оттуда.”
Елена отметила эту странность, но ситуация требовала немедленных действий. Лин был в критическом состоянии — скверна пульсировала в его теле, словно второе сердце, распространяя свои щупальца по энергетическим каналам.