Сверху внутренний дворик казался игрушечным: черные пятна клумб и деревьев, полосы чуть посветлее - дорожки к храму и башенкам, яркие оранжевые шарики - фонари. Сама крыша галереи оказалась в кромешной тьме, каждый шаг приходилось делать очень осторожно, чтобы не поскользнуться и не полететь головой вниз.
Черепица - что змеиная чешуя, лежит лепесток к лепестку. Хорошо хоть конек крыши не настолько крут, чтобы дриада чувствовала себя канатоходкой из бродячей труппы. По монастырским галереям и днем-то идти умаешься, а уж теперь и так… Таисс беззвучно упражнялась в эледвере, склоняя грязные ругательства на манер детской считалочки. Гулять по крыше монастыря ей до этого пришлось только один раз, на спор, и именно в тот день Таисс жестоко пожалела, что дэелер небогат на крепкие словечки: отборная брань лучше любого заговора отгоняла липкий, тягучий страх.
Умение левитировать было в данном случае так же полезно, как метла собаке. Монастырь - одновременно крепость, окруженный добротным, сияющим на весь магический план золотом, противолевитационным полем.
– Раз, два, три, четыре, пять - вышла кошка погулять, - эледвер не то, чтобы кончился, но надоел. Пришлось использовать проверенные средства. - Шесть, семь, восемь - сливок просит. Девять, десять, раз и два - мышек налови сперва. Снова три, четыре, пять - чтобы было слаще спать. Шесть, семь, восемь, девять, десять - мышек мы потом повесим. Снова раз, и два, и три - ты попался, ты води!
Простенькая считалочка-разводилка для игры в салочки успела в четвертый раз закончиться, когда в ладони Таисс ласково ткнулся камень восточной башни. Возрадовавшись ему как родному, дриада позволила себе вздохнуть полной грудью и призадумалась. Проще всего было бы набросать сейчас поисковик, ориентированный на Лэо, благо примерное расстояние и близкое знакомство с объектом поиска позволяли. Но Таисс фыркнула, отгоняя прочь мысль о самом простом способе. Внутри бушевало жестокое желание подурачиться, разыграть такой спектакль, чтобы надолго запомнился и блудливому менестрелю и его ночным подружкам. В том, что девушек там будет больше одной, дриада не сомневалась ни на мгновение.
Что ж, на этот случай не в меру талантливые и столь же неуемные подружки (как то: Таисс, Лесла и Майлит) еще на четвертом году обучения перерыли множество древних фолиантов и на основе обрывочных сведений создали Заклинание Вопроса, позволяющее "спросить" у родных монастырских стен, а также полов, потолков и прочей недвижимости, где на данный момент находится искомый объект.
Заклинание пахнуло горькой нежностью и весенними фиалками - запах Майлит. Таисс усилием воли отогнала от себя неуместные воспоминания и сосредоточилась на том, чтобы как можно четче представить эльфа-менестреля, смешные бусины в волосах, очарование улыбки, голос… Монастырь отозвался охотно, вычернив на магическом плане свои очертания и поставив размывчатую кляксу белого цвета - Лэо. Девушка мысленно поблагодарила цитадель, а заодно и Кариота - окно комнаты, где развлекался эльф, выходили так удачно, что забраться туда с крыши не смог бы только умирающий младенец.
Ухватившись руками за объемный орнамент вокруг окна, дриада примерилась и сильно пнула деревянную раму, заставляя ее с треском распахнуться вовнутрь. Лэо и его подружки имели прекрасную возможность полюбоваться со стороны на то, как выглядит основная сцена баллады "Ночной гость или Визит влюбленного вампира". Но красоту и забавность происходящего оценил, кажется, только непосредственный автор сего произведения. А троица горных эльфиек хищно оскалились. Слишком хищно. Слишком… мертво? Нет, не зомби, но сущности их крепко влипли…
– Рысь, ты тут откуда?! - ошеломленно поинтересовался менестрель, сгребая себе все простыни.
– С неба! - рявкнула дриада, мгновенно занимая боевую стойку. Опасностью в комнате пахло так остро, что только абсолютно лишенный нюха Лэо умудрился этого не заметить. Но ведь даже его должен был бы занять вопрос, откуда тут эльфийки.
– А ты никогда не слышала о невмешательстве?!
– Пошел вон отсюда, придурок! - категорично посоветовала возмущенному эльфу Таисс, и повернулась к шипящим по углам остроухим кошкам, оказавшимся тройняшками…
"Скажи мне, кто они? Откуда? Что мне делать?"
… И расплылась в медовой до приторности улыбке:
– Нет, девочки, мы с вами тут еще потанцуем!
Лэо не заставил повторять, сиганул за дверь в чем был, ловко придерживая простынь руками (сказывался богатый жизненный опыт), а оставшаяся троица мигом отринула напускную нежность и мягкость. "Вспышки" все не было и не было, но с этими девицами ведьма сумеет справиться и в одиночку.
Таисс нехорошо прищурилась и рассмеялась коротко, зло. Блеснувшие в руках у противниц длинные кинжалы-шпильки ничуть не испугали, только подзадорили. Да и собственный кинжал, выпорхнувший из ножен-невидимок, ткнулся в ладонь послушнее ручного пса, натасканного рвать врагам горло. Теперь оставалось только терпеливо ждать, пока кто-нибудь из противниц сорвется.
И это случилось еще быстрее, чем рассчитывала Таисс, ибо защиты против приобретенного дриадой взгляда у эльфиек не было. Первый удар Таисс, увернувшись, пропустила мимо, второй аккуратно свела на нет ловко выброшенным вперед клинком. И только третий встретила в полную силу, отбила и чиркнула остроухую по горлу, нежно, словно в шутку. Эльфийка, кажется, даже не поняла, что случилось, пока не осела на пол, зажимая рану руками.
Сестрички этого не заметили, полностью сосредоточившись на том, чтобы расплести дриадское запирающее заклинание. И это у них получилось. Рванувшись вслед за противницами в коридор, Таисс поймала себя на двух мыслях сразу: "Лишь бы у Лэо хватило ума не стоять под дверью" и "Боги, как смешно это, наверное, выглядит со стороны". Выглядело это действительно забавно: две голые эльфийки улепетывали от взбешенной дриады (которая к тому же была ниже их почти на голову) да так, что только белые ягодицы сверкали ярче пяток.