Тегер пробурчал какое-то неразборчивое ругательство на родном наречии.
В ответ полетело куда более громкое и еще более вычурное ругательство.
Шарад плюнул и отвернулся.
В ответ из окна на бреющем полет вылетела сковородка.
Тегер вжал голову в плечи, но не обернулся. Таисс ухмыльнулась и подмигнула Хранителю. Тот так же гнусно ухмыльнулся в ответ и незаметным пассом швырнул в надоедливую равэну воздушной волной. Окно послушно захлопнулось, так что придворная курица точно получила по лбу. Жалко ее, впрочем, не было никому.
После суеты сборов неспешная езда по бескрайней степи убаюкала в два счета. Прикрыв глаза от слишком яркого солнца, Таисс дала коню свободу, благо этому умнице не нужно было ничего объяснять, и расслабилась.
"Мучители… Даже завтрак устроили со стульями, чтобы мне бедной негде вздремнуть было… Ненавижу их всех! Вот убью эту гадину - и всех их брошу, пусть сами свои каши расхлебывают. По крайней мере тогда меня никто будить не будет. Трясись в этом проклятом седле теперь… А драконихе, небось, хорошо, она в своей пещере дрыхнет. Я тоже так хочу! Сидеть в пещере и чтобы желающие убиться сами ко мне со всех уголков мира сползались!"
Воображение тут же нарисовало удобную пещерку, костерок, лежанку, накрытую одеялом, и дриаду, на оной лежанке почивающую. Рядом лежал верный меч, а у входа висела табличка: "Убиение желающих. Утром не будить, инструменты кроме меча приносить с собой. Оплата сдельная, деньги вперед". И практически сразу же на входе вырисовался вурдалак, желающий умереть, будучи посаженным на осиновый кол и никак иначе. Кол, естественно, он притащил с собой, отчего тот имел вид слегка погрызенный. Таисс скривилась и встала на ноги. Внезапно оказалось, что стоит она, почему-то, на стене, параллельно полу, а кандидат в ряды усопших старательно придерживал самопальную героиню-избавительницу за плечо, мешая выровняться.
– Я тебе сейчас вместо осинового кола сосну корабельную организую! - пригрозила девушка.
– Какая сосна? Какой кол? Таисс, очнись, пожалуйста! - опешил вурдалак, не ослабив, впрочем, хватку. Дриада выругалась и проснулась. Чудовище приобрело вид более понятный, но еще более ненавидимый.
– Велен…
– Ну, хвала богам! - маг рывком усадил хранимую в седло, из которого она чуть не вывалилась, благополучно сползя влево. - А то я уже думал тебя стукнуть.
– Я тебе стукну!
– Совсем спать хочется, да? - сочувственно поинтересовался он, не обращая внимания на угрозу.
– Ага…
Велен остановил Роя, спешился.
– Подвинься.
– Что-о?! - от такого нахальства Таисс проснулась окончательно.
– Я не намерен тебя ловить все время. А твой демон вполне вынесет двоих. Так что не спорь, пожалуйста.
Девушка пожала плечами, но повиновалась. И тут же, пользуясь ситуацией, вытащила ноги из стремян, а повод передала Хранителю. Устроившись поудобнее, она прижалась щекой к его рубашке и… Память нахлынула сразу, обжигающей волной выметая из головы весь мусор.
– М-р-р-р-р… - полувыдох-полустон, слившийся в довольном мурчании. Таисс потерлась носом о тонкую ткань.
– Неужели вспомнила? - облегченно выдохнул парень.
– Угумр-р-р-р-р… - невразумительно ответила дриада, окончательно проваливаясь в сон.
Велену оставалось только завидовать. Странная карга, которая снилась ему последние ночи, все время выигрывала, а он… Он раз за разом опаздывал. И сегодня сон впервые поменял концовку: маг увидел Таисс. Увидел только для того, чтобы через два удара сердца ее разорвало на клочки черным столбом света, устремившимся в небеса. Неудивительно, что проснулся Велен весь в поту и еще долго лежал, боясь выпустить ладошку, доверчиво покоившуюся в его руке.
От снов не было спасения.
Есть пустота. И есть свет, Теплый, серебряный, родной. Он греет, но не обжигает. Он просто не в силах сжечь пустоту. Он не огонь, он ветер, он дарайе, зовущий в дорогу.
А в пустоте живет василиск. Маленький такой, глупый. Но живой. И он хочет наружу, хочет к свету, он устал сидеть в обреченной пустоте. Он кусает. Правильно, Таисс бы тоже на его месте укусила.
Только от этого не уменьшается боль. И право выбирать не весит меньше. Даже не право, обязанность. Даже если выбираешь пустоту - все равно выбираешь. Даже если остаешься на месте - это результат выбора. Даже если закрываешь глаза - право никуда не исчезает.
Интересно, а из чего можно выбрать на этот раз? И от чего придется отказаться?
Велен.
Выбирать придется между его жизнью и возможностью сохранить собственную. Можно отправить его на Сонсаранг - и тогда она точно умрет. Можно взять с собой, и тогда она, прикрывшись его телом, возможно, выживет. А можно рассказать ему все - и свалить выбор на мужские плечи.
И что от этого изменится?
Правильно, ни-че-го.
Потому что он благородный дурак, он рвется в бой и желает подвигов во имя обретенной любви. И он, конечно же, ухватится за мизерную возможность, даже если после этого отправится прямиком в Хаос, не имея шансов на новое рождение.
Она не даст ему умереть.
Она промолчит, а перед собственной смертью дорого выторгует у богов жизнь своего Хранителя. Своего Вэла…
– Стои-и-им! - громоподобный рявк шарада выдернул из полудремы всех, даже дриаду. Девушка недовольно заворочалась, пытаясь поймать ускользнувший сон за шкирку, но Лаймо-Лай только показал язык и скрылся в неизвестном направлении. Пришлось открывать глаза и отлипать от груди володайского мага. Тот, кстати, получил от оной процедуры исключительное удовольствие.
– Не в обиду тебе будет сказано, но из всех девушек, спящих на моей груди, ты доставила мне больше всего неудобств, - признался парень, с удовольствием выпрямляясь и похрустывая суставами.
– А их было так много, этих девушек? - скептически поинтересовалась ведьма.
– Достаточно, чтобы я мог сравнить.
– И что ж ты, такой любвеобильный, до сих пор не женился? На той, с которой удобно спать? - в этой реплике было уже куда больше язвительности и куда меньше дружелюбия.