— Не клевещите. Время не то. Ваш дом был опечатан.
— Но ведь брали вы из него коробки спичек?
— Только в присутствии понятых — посторонних для дела граждан. При них же опечатывали и сдавали на хранение соседям.
— Не знаю. Может быть… Дом я купил в 1946 году. Возможно, это было сделано до меня. Хозяин убыл на материк. Вот и ищите его. А я не видел и не знаю.
— Сколько ампул вы дали номеру девяносто девять? Куда дели одну ампулу?
— Какому номеру 99? Какие ампулы? Вы не ловите меня, гражданин полковник. Я все сказал и больше не ждите, ничего не знаю.
— А очные ставки с Пряхиным, Федосовым и Галузовой, особенно с ней. Не хотите? Тогда рассказывайте.
— Не берите на пушку, начальник. Что было, то сказал, другого не знаю, и учтите: не добьетесь ничего. Я ничего не знаю, поняли? — сорвался на крик его хриплый голос. — Показаний больше давать не буду. Вы обвиняете — вы и ищите… — Костлявое тело Лисовского обмякло. — Дайте воды… — прохрипел он.
Докладывая о ходе дела Военному Совету, полковник Горин сказал:
— Товарищ командующий, вы правы. Пусть Лисовский и Пряхин продолжают молчать о радисте и передатчике. На этот раз и я после допроса Пряхина убежден, что вся эта компания связана одной веревочкой, а убийства Левмана и Перевозчикова связаны общим умыслом. Остается главное: радист. Он будет взят в клещи. Через перевал пойдет к побережью следователь Феоктистов с местными жителями, а с побережья — старший следователь Трофимов с военными моряками со «Шквала». Никуда наш «приятель» не уйдет. Не иголка в стоге сена, не потеряется. Все равно найдем, сообща, — улыбнулся он. Обычно суровое лицо его стало мальчишески-задорным. — Одно неясно: почему их так интересует этот пустынный и безлюдный район?
27. УМ ПРОТИВ ХИТРОСТИ
— Подготовили координаты линии перемены дат, штурман? — осведомился Прокопенко у молодого офицера.
— Так точно, товарищ капитан 3 ранга. — Тобоев протянул командиру листок с цифрами.
Прокопенко поморщился.
— Пока не вижу нужды в такой точности, товарищ лейтенант. Ну, зачем нам сотые минут сетки географических координат? Округлите, пожалуйста, до минут. Сначала будем пробовать так.
Через несколько минут лейтенант Тобоев подал командиру листок. На листке были написаны цифры. Вот они:
1
71° 36 северной широты
180° долготы
2
71° 36 северной широты
177° 09 западной долготы
3
70° 59 северной широты
177° 10 западной долготы
4
70° 08 северной широты
179° 30 восточной долготы
5
66° 01 северной широты
168° 15 западной долготы
6
52° 00 северной широты
168° 54 восточной долготы
7
47° 00 северной широты
180° долготы
8
04° 11 южной широты
180° долготы
9
14° 09 южной широты
173° 26 западной долготы
10
45° 55 южной широты
173° 25 западной долготы
11
49° 33 южной широты
180° долготы
— Итак, одиннадцать групп цифр, — подсчитал командир. — Никакой системы не вижу. Вы что-нибудь усматриваете, лейтенант? Думайте, думайте. Одна, голова хорошо. Две всегда лучше. Знаете что? Попросите-ка сюда замполита. Он мастер решать головоломки. Особенно шахматные. Это может помочь. И шифровальщика.
Три офицера и старшина 2 статьи занялись расчетами. Первым нарушил размышления остальных Тобоев.
— Товарищ командир. А ведь наш «приятель» ни разу не был замечен за работой в одно и то же время или на одной волне. А в группах есть повторения.
— Так, может быть, просто он нам не попадался в повторяющееся время или на одинаковых волнах? Как думаете, товарищ старшина 2 статьи?
Шифровальщик покачал головой.
— Если они рассчитывают на неуловимость, то не допустят в ключе шифра повторений групп.
— Верно. Значит, надо исключать первую, седьмую, восьмую и одиннадцатую группы — все группы, где точки лежат на меридиане 180 градусов. Что же у нас осталось?
После переписывания координаты линии перемены дат выглядели так:
1
71° 36 северная
177° 09 западная
2
70° 59 северная
177° 10 западная
3
70° 08 северная
179° 30 восточная
4
66° 01 северная
168° 15 западная
5
52° 00 северная
168° 54 восточная
6
14° 09 южная
173° 26 западная