Делиться с Лешей проблемами смысла не имело: ему было все равно. Даже не так: его все устраивало, пока девушка, которую он решил взять в жены, учила детей танцам, но девушка, ввязавшаяся в открытие собственной школы, ему не нравилась. Это же совсем другая работа, другая ответственность, другие затраты и сил, и времени, а потом выяснилось, что еще и денег. Ничего хорошего.
В первый раз свадьба отменилась из-за ругани по поводу покупки помещения в едва начавшем строиться здании, во второй — из-за проблем с деньгами на почве медлительности застройщиков. У Алексея был один и всегда, на его взгляд, самый верный выход — заканчивать маяться дурью, начинать жить нормальной жизнью.
— Вон, устройся в школу искусств хореографом! — указывал понятный путь Леша.
— Там классический танец, да и денег кот наплакал! — возмущалась его гражданская супруга.
— Я тебя как-нибудь прокормлю, — не унимался молодой человек, — зато там нормальное трудоустройство, соцпакет, декретные.
— И зачем мне все это, если я рожать в ближайшие два-три года даже не думаю? — Ксюша и правда не видела себя матерью младенца, а детей постарше ей хватало на занятиях.
Ученики у нее были на любой вкус: от трехлеток, путающих слова и не выговаривающих половину звуков, до подростков, мечтающих проколоть языки и интересующихся у молодой преподавательницы, что она предпочитает на первом свидании: кафе или прогулки в парке — и какое тату лучше: на крестце или на щиколотке. Больше ей ничего и не надо, тем более декретного отпуска и родов. Тем более сейчас, когда их денег едва хватает просто на жизнь.
Муж зашел на кухню, когда Ксения активно пережевывала хрустящий соленый огурец, заглянул в микроволновку и удивился:
— А мне голодным сидеть, что ли?
— Так разогрей себе, если еще не ел, — не меньше удивилась Ксюша.
— Ну понятно, — буркнул супруг.
— Леш, ну откуда мне знать, что ты не ел еще? — завелась Ксения.
— Нормальные женщины интересуются, не голоден ли кто-то еще в семье, когда сами есть садятся, — снова пробурчал Алексей, ставя миску с едой в печку.
— У тебя ненормальная!
Все-таки без скандала не обойдутся.
— Нормальная. Только тебе на меня плевать, — подлил Леша масла в огонь.
— А тебе на меня, значит, не плевать?! Поэтому, когда я прихожу с работы, ты ищешь, к чему бы привязаться и затеять ссору?!
Так у них всегда и начиналось.
— Я ничего не ищу.
Микроволновка пискнула сигналом завершения работы, муж вынул тарелку с едой и пошел в комнату.
— Леш, ешь на кухне! — сказала ему в спину Ксюша.
— На кухне мне не естся, — огрызнулись в ответ.
Как же все это надоело! Вдобавок ко всем проблемам еще и вечно недовольный мужчина. Ксения подобрала с тарелки последнюю картофелину, дожевала огурец, потянулась к чайнику и остановилась.
Следующее, что услышал Алексей, — хлопок закрывшейся входной двери. На кухне было пусто. Рюкзака, с которым его женщина ходила всюду, не было. Ее самой — тоже.
— Истеричка, — фыркнул парень и пошел доедать оставленный ужин.
До родительского дома было недалеко, главное — не провалиться в растаявшем за день снегу, кроссовки и без того были мокрыми. Зачем она снова надела их? Психанула. И сейчас настроение было далекое от радужного. Ждала, что Леша бросится в погоню. Он никогда не бросался, а она каждый раз ждала. Наверное, все-таки ненормальная, если хочет, чтобы муж почаще проявлял эмоции, но не так бурно, как у него бывает, когда захлестнет окончательно. Хотелось чаще чувствовать, что дорога.
Все-таки начерпала обувью ледяной талой крошки. Домой к родителям зашла замерзшая, уставшая, злая. И сразу спряталась в своей комнате, надеясь, что мама и папа уже спят, не полезут с вопросами. Но день был точно не ее: дверь комнаты почти сразу открылась.
— Опять. — Мать оценила и мокрые следы, и стянутые носки, пропитавшиеся насквозь водой, и мрачный вид дочери, шмыгающей носом.