Он дернул подбородком.
— Та женщина из джарегов повелела тем двоим убить этого.
Гвардейцы повернулись к Каоле, которая зыркнула на меня совершенно потрясающе, а за всю свою жизнь я частенько бывал объектом подобных взглядов.
— Клянусь…
Ее прервало появление Лойоша и Ротсы, что озадачило всех, кроме меня.
Джареги, миновав всех остальных, привычно приземлились мне на плечи.
«Босс, это был самый идиотский выбрык…»
«Сработало же. А теперь дай послушать.»
Слушать, впрочем, оказалось особо нечего: взяв Каолу за руки, драконы повесили ей на шею какой — то амулет и зафиксировали запястья.
— Ее я забираю, — сказал гвардеец, — ты присматривай за этой парочкой, если они вдруг очнутся.
— Приняла, — ответила напарница. Она не была довольна выпавшим ей заданием присматривать за вырубленными джарегами, но полагаю, первый драконлорд был чином повыше.
Каола снова посмотрела на меня.
— Все — таки надо было мне действовать по ее плану, — промолвила она, и я почти чувствовал горечь. — Но теперь, без меня, она просто продолжит. И в утешение мне будет одно — ты пожалеешь, что я тебя не убила.
Я совру, если скажу, что по спине у меня не пробежал холодок, но надеюсь, я все — таки этого не выказал.
Тогда же я получил извещение от Крейгара, что Дерагар успешно освобожден; его явно запихнули в какое — то место, доступное исключительно с помощью волшебства, однако некая Никка прошла и вытащила его.
«Рад слышать это, — ответил я. — Будете праздновать, дайте знать, я составлю компанию. Теперь можно.»
«Празднует он сейчас в персональном порядке, — отозвался Крейгар, — и ни ты, ни я там точно не нужны.»
«Да?»
«Да.»
«Ладно. Тогда просто мы с тобой можем выпить.»
«Завтра тебе подойдет? — уточнил он. — А то мне нужно поспать. В последнее время сильно не спалось.»
«Да, завтра вполне годится. И, Крейгар — спасибо, что поверил мне.»
«Ты бы сделал для меня то же самое," — сказал он.
17. ДЕНЬ 3 АКТ 4 СЦЕНА 5
Хор:
Я вернулся в одну из гардеробных, сполз по стене и потихоньку расслабился, убаюканный мысленным голосом Лойоша, который кусал меня (и разок даже не фигурально) за то, что я, такой — сякой, почти позволил себя убить и даже не позволил ему присутствовать.
В конце концов я услышал хлопки и понял, что день первый подошел к концу, а с ним и моя актерская карьера. Что ж, потеря для театра… скажем честно, не та, которую стоило бы заметить.
Там же, в гардеробной, меня у стены и нашла Сара.
— Ты был лучше всех, — сообщила она.
Я рассмеялся.
— Рад тебя видеть, — сказал я. — Ну как, готова отпраздновать мой театральный дебют?
— Ты уже придумал что — то?
— Как насчет «Валабара»?
— Серьезно? То есть ты сумел избавиться от…
— Да, спасибо друзьям. Теперь я свободен.
— Влад! Это же чудесно!
— Спасибо. Я тоже так думаю.
— И что будешь делать дальше?
— Об этом предлагаю поболтать за обедом. Подумываю о сценической карьере.
— Сдается мне, это ты выдумал.
— Ага.
— Так что будешь делать дальше?
— Теперь, когда я свободен? Понятия не имею. Пока думаю просто понаслаждаться самим фактом.
Она кивнула.
— Ты хоть заглядывал в книгу, которую я тебе дала?
— Знаешь, да. Я ее почти дочитал. Пара страниц осталась. Мне и правда понравилось.
— Хорошо.
— Только не очень — то она похожа на мюзикл, который мы как раз ставим.
— Нет, конечно, зато ты видишь, где Линеска все это взяла, так что вышло настолько близко к истории, насколько оно вообще возможно для мюзикла.
— Полагаю, что так. В реальном мире люди навряд ли ни с того ни с сего начинают петь. Присутствующие, конечно же, не в счет.
Она рассмеялась, а я понял, что мне и правда нравится ее смех.