Он открыл глаза.
— Да?
— Да. У меня к тебе есть деловое предложение. Давай — ка пройдемся.
Орка, если вдруг вы не знаете, просто не способны услышать волшебные слова «деловое предложение» и остаться совершенно безучастными. Им нужно знать. Иногда они пытаются это скрывать, но это все равно, что дразнить дзура: результат предсказуем и скор.
Он поднялся и дернул подбородком:
— Веди.
Мы прошли к задней части зрительного зала и расположились у стены напротив «края пять». Я покопался в кошельке, добыл десять империалов и вручил ему.
Он взял монеты, посмотрел на них, потом на меня.
— Это зачем?
— Низачем. Это подарок.
— Подарок.
— Да.
Он продолжал смотреть на меня. Затем заметил:
— Ты сказал, у тебя есть деловое предложение.
— А, это. Ну да. Твоя операция с «благотворительностью». Просто хочу, чтобы ты знал: теперь это моя операция, а ты из дела выходишь. Навсегда.
Он вытаращился на меня, словно никто и никогда с ним так не говорил.
Я дружески ему улыбнулся.
— С чего ты решил…
— У тебя ведь имеется дублер, так? Мы, кажется, об этом уже говорили.
Если вдруг с тобой произойдет нечто жуткое и трагическое, представление ведь будет продолжаться, верно? Потому что это для меня важно.
— Если ты пытаешься меня запугать…
— С чего бы мне пытаться делать подобное? У меня нет никаких причин тебя запугивать. Мы же друзья. И я даже только что сделал тебе хороший подарок. А ты как раз собираешься порадовать весь наш персонал.
— Если я расскажу об этом своему дяде, ты через десять секунд вылетишь отсюда на улицу, а я знаю, ты этого не хочешь.
Я кивул.
— Воистину так. Но подумай, что случится еще через десять секунд.
Он сложил руки на груди и попытался выглядеть высокомерно. Может, я и переоценил его актерские дарования.
— И что же?
Я влепил ему пощечину. А когда он поднял руки — материализовал из рукава кинжал и упер острием ему в живот.
— Я вырежу твои кишки, размотаю их, а потом запихну обратно тебе в нутро, как будто ты гребаная колбаса.
Лойош и Ротса дружно воздвиглись у меня на плечах, раскинули крылья и зашипели. Вот кто безошибочно знает свои реплики.
Мой тяжелый взгляд давил на Монторри секунд пять. Затем я дематериализовал кинжал, потрепал его по руке и вновь дружески улыбнулся.
Джареги у меня на плечах расслабились.
— Итак, мы друг друга поняли, да?
Он кивнул.
— Вот и хорошо. Что ж, тогда желаю тебе как следует выспаться.
Генеральная репетиция продолжится и завтра, и все полагаются на тебя.
Он почти убежал.
Я все еще Влад.
Вик я разыскал там, где впервые и увидел, в сборочной мастерской. Она и еще пара работников убирали помещение и раскладывали все по местам. Она вопросительно взглянула на меня.
— Сделано, — сообщил я.
— Что, вот так вот просто?
— Ага. Он легко согласился закончить со всем этим.
Вид она имела скептический. Я пожал плечами.
— Верь мне. Все кончено.
— Спасибо, — сказала она. — Тебе пришлось угрожать ему?
— Ничуть, мы просто обсудили наш общий интерес по части еды.
— По части еды?
— Ага. Мы поболтали о том, как делают колбасу.
Она, похоже, вновь мне не поверила, но я просто развернулся и удалился. Спать хотелось. А кроме того, ну как же можно было не удалиться, выдав такую вот реплику, да?
15. ДЕНЬ 3 АКТ 3 СЦЕНА 4
Кераасак:
Криниста:
Добравшись до кофе, я заставил себя выпить его. Я сидел в одной из гардеробных, глядя на общую суету. Я оказался единственной персоной во всей этой структуре, пожалуй, которой сегодня ничего не нужно было делать.
Даже странно, словно я тут надо всем и вся в роли наблюдателя.