— Це про-сто не-мож-ли-во!! — злобным голосом разделяя слова на слоги, подчеркнула пальцами фурия Ульяна. — Я люблю ненавидеть, я обожаю ненавидеть. Без слов ненависти я буду – не я.
— Это точно, — сказала Агния и выставила перед её глазами зеркало Венеры.
Увидев себя в зеркальце, гневная фурия тотчас осеклась. В нём она увидела змеевласую Медузу, чьи пылающие яростью глаза были наполнены такой злобой и презрением, что обращали воду в пламень, а всё живое – в камень.
— Но мы постараемся это исправить, — добавила Агния и вдруг резким движением отделила круглое зеркальце от ручки. Отсоединив таким образом зеркало от фигурки богини, она согнула руку в локте и направила серебристые ножки Венеры на Ульяну.
И тут произошло нечто неожиданное. Из груди фурии вдруг с резким треском вырвалась змеистая молния ⚡, которую в мгновение ока притянули к себе длинные ножки статуэтки. Электрический разряд длился секунды три, не больше, но ровно до тех пор, пока Агния не отвела фигурку в сторону.
Все замерли, шокированные произошедшим. Видно было, как за красными очками фурии хлопали её ресницы. Первым прервал молчание свиноухий пан.
— Это у вас что? — предположил он. — Электрошокер?
— Нет, — ответила Агния, — это, всего навсего, магнит.
— Магнит? — удивилась фурия.
— Да, — ответила Агния, — магнит ненависти. Под этой оболочкой, — показала она на фигурку богини, — скрывается торсионный квантовый магнит. В отличие от обычного магнита он притягивает к себе не металлические предметы, а отрицательно заряженную злобу. Как вы уже заметили, если его направить на кого-то…
Агния вновь попыталась направить ножки фигурки на фурию, но та отчаянно замахала руками:
— Нет, только не это! С меня хватит!
— …то, — продолжила Агния, — он вытягивает из человека всю его наэлектризованную желчь и злость.
— Ух ты! — поразился сатир. — Но ведь теперь вся она перешла на вас.
— Нет, — улыбнулась Агния. — Венерка служит для меня громоотводом.
— Да как вы смеете испытывать на мне свой долбаный магнит! — вновь разъярилась фурия.
— Ульяна, — перебил её завораживающий голос великого магистра, — послушайте, что я вам сейчас скажу.
— Что? — задыхаясь от гнева, спросила Ульяна.
— Всё ваше внимание на моём голосе, — сказал он, после чего послышался характерный звук щелчка, издаваемого при помощи трёх пальцев, — вы ощущаете полное спокойствие и глубокую расслабленность во всём теле. Точно такую же максимальную концентрацию на моём голосе ощущают и все остальные любители ненависти и ненавистники любви. С каждым звуком моего голоса вы расслабляетесь всё больше и больше, напряжение спадает, вам уже не хочется рвать и метать, вы погружаетесь в приятное, очень комфортное состояние любви, где все вас любят, а вы любите всех.
— Не бывать этому! — возмутилась Ульяна.
— Бывать! — воскликнула Агния и едва слышно произнесла отрывисто три магичных слова, которые всегда действовали безотказно и мгновенно обезоруживали всех негодующих и воинственно настроенных зомби, побуждая их к миру и согласию:
— Ани! охев! отха!
— Что? — не поняла Ульяна и, набычившись, посмотрела на неё поверх красных очков.
— Слово – замок, ключ – язык, — торжественно произнёс великий магистр.
— Начиная с этой минуты, — добавила Агния, — ваша любовная одиссея начинается.
— Что за херню… — ещё по инерции гневно воскликнула Ульяна, но тут же осеклась, словно её перемкнуло. Руки её замерли и опустились, после чего она продолжила уже совсем другим тоном, более мягким и дружелюбным, — что за глупости вы несёте.
— Ну, вот, совсем другое дело! — с улыбкой подметила Агния и посмотрела в её глаза за красными линзами проникновенно и с любовью. — Как всё в этом мире меняется лишь от тона, с которым произносятся слова.
— Не всё! — решительно ответила Ульяна.
Щебетунья явно не поддавалась ни гипнозу, ни заклинаниям, ни воздействию магнита. Очевидно, над ней основательно поработали другие маги, заложившие в её подсознание такие программы, которые не поддавались переделке. Или всё дело было в этих красных линзах?