Не знаю, что меня остановило, но я промолчал, чтобы не ссориться. Ведь в ее словах была правда. Я отвернулся к окну и не стал продолжать разговор. Тихо играл джаз на фоне. Владимир все так же дремал, а Вита молча смотрела на дорогу, иногда переключая треки.
Странно, несмотря на то что она мне высказала, рядом с ней было приятно помолчать. Ее слова заставили меня глубоко задуматься. И когда уютную тишину взорвал телефонный звонок, она вздрогнула.
– Виталина Викторовна, – ей по громкой связи звонил инвестор. – Я немного задержусь, возникло важное дело, но постараюсь освободиться быстрее, – промурлыкал он.
– Хорошо, Андрей Леонидович. Договорились.
Мы заехали в город, когда небо расчистилось и превратилось в гобелен из оранжевых, красных и желтых цветов. Заходящее солнце подсвечивало рыжие волосы Виты, оттого они казались огненными. Мне нравилось просто любоваться ей. Раньше я никогда так долго не рассматривал девушку, переходил сразу к тому, чего хотелось больше всего; по обоюдному желанию, конечно. Но теперь все поменялось, вряд ли я вообще кому-то буду интересен.
Мы проехали мост через реку Туру с богатой набережной, по ней гуляли горожане, по воде ходили речные трамвайчики.
– А там что за мост?
– Мост влюбленных, – сонно прохрипел только что проснувшийся Владимир.
– Выспался? – спросила Вита, улыбнувшись.
– Да, нормально так вздремнул, отоспался за неделю.
Мы приехали в ресторан. Мне почему-то казалось, что все смотрели на меня и тыкали пальцем. Совсем одичал в глухой деревне! Чувствовала ли то же самое Виталина? Не знаю. Но она выглядела спокойной. Будто присутствие брата давало ей ощущение безопасности и защиты.
– Вы сядете как обычно в вип-зале, Виталина Викторовна? – спросил администратор.
– Нет, – она мельком посмотрела на брата, – хочу место в основном, у окна.
– Пройдемте за мной.
Это было довольно самобытное заведение: с закрытой сыроварней в центре помещения. Сквозь небольшие круглые окошки виднелся цех, где в сиреневом свете ламп повар в белом халате, синем фартуке и голубых перчатках мешал что-то в огромном металлическом чане. Сам зал для гостей был оформлен в современном стиле: столики отделяли друг от друга высокие полки с книгами и пышными зелеными цветами.
Мы устроились возле огромного панорамного окна, занавешенного белыми гирляндами. Место, судя по всему, популярное – людей было очень много.
Подошла официантка и зажгла свечу на нашем круглом столе.
– Может быть, вам сразу принести какие-то напитки?
– Я выпью виски, – объявил я. – Кто составит мне компанию?
– Никто, – отрезала рыжая и заказала себе минеральную воду.
Ну да, одна – за рулем, второй – завязал.
– Жаль… Тогда буду пить один. У меня как раз сегодня подходящее настроение, – я изобразил свою самую дерзкую улыбку. – Раньше за вечер мог осушить целую бутылку дорогого шотландского виски длительной выдержки.
Вита подняла на меня недовольный взгляд темно-зеленых глаз. Огонь свечи рассыпался в них золотыми искорками.
– Но сегодня много не буду пить, а то ведь я на таблетках.
Что она со мной делала? Почему я оправдывался перед этой пигалицей? Я начал рассеянно рассматривать публику.
Полчаса мы ждали «кошелек с деньгами». Я попросил Владимира открыть мою страничку в соцсетях и начал рассказывать о блистательной жизни в Лондоне с надеждой, что Вита снова улыбнется. Но меня слушал только Владимир. Рыжая только раз взглянула мельком и снова уткнулась в папку, как студент перед экзаменом. Пожалуй, мне больше нечего было ей предложить… Я бы мог купить ей хоть три сыроварни, но она же не примет.
– Где этот болван? – не выдержал я и повернул голову к Виталине. Она все еще перелистывала бумаги в папке, готовилась презентовать бизнес.