Дыхание участилось. Мне стало совсем дурно.
"Ну что же ты наделала, дура", - подумала я про себя и тут же спасительная мысль пришла мне в голову - мама, мне нужно думать о маме. Как она тут одна...
Едва я расправила плечи, как меня больно толкнули дулом бластера в комнату, отчего я почти упала, неловко выставив руки вперёд, удерживая баланс. Я судорожно вдохнула и подняла испуганный взгляд на людей за столом.
Они молчали и смотрели на меня.
Я чувствовала их чёрные взгляды на моих дрожащих коленях, на взмокшей от пота футболке Марса, на сбившихся волосах и обгоревших руках. Непроизвольно я облизнула губы и взгляд одного из террианцев тут же метнулся к ним. Терр Киллиан. Я поняла это сразу.
Мощная фигура, затянутая в плотную наноброню, мышцы, огромные, как у всех террианцев. Крупные черты лица, ни тени улыбки или издёвки. Он просто смотрел черными глазами на меня в упор и я впервые поняла, что, кажется, я могу выдержать этот взгляд бездонных террианских глаз.
Отчего-то они не казались мне таким смертоносными и поглощающими без остатка как глаза Марса.
-Терра..., - террианец на мгновение замер и один из его подельников что-то шепнул своему предводителю на ухо, - Лира.
Его Лира прозвучало раскатисто, но совсем не так, как произносил моё имя Марс.
-Так вот какая ты.
-Какая, - голос настолько охрип, что я смогла выговорить лишь пару звуков, прокашлялась и повторила уже громче, с нажимом, - какая?
-Предательница, - криво ухмыльнулся террианец, стоявщий ко мне ближе всех и я мгновенно повернула голову в его сторону. Слабый. Пришло мне в голову.
-Преда-а-ательница, - протянул Киллиан, слегка запрокинув голову и смакуя слово. И тут же сменил тон, требовательно бросив мне, - сфера.
Я посмотрела на протянутую руку и лишь сжала сво воровонное сокровище сильнее в ладони.
-Сначала покажите мне маму.
-Ещё и торгуется, - противный гогот и смешки почти взорвали тишину комнаты на пару секунд, пока Киллиан не поднял руку на уровень головы и его люди, как дрессированные собачки, не замолчали по команде.
"Фас, Лира", прозвучал в моей голове родной голос.
-Сначала. Покажите. Мне. Моя. Маму, - с нажимом проговорила я. Колени почти перестали дрожать, я почувствовала внутри себя опору, силу, о которой раньше даже и не подозревала. Эта опора грела меня изнутри, становясь всё твёрже с каждой секундой, что я смотрела Киллиану в чёрные глаза.
-Занятно, - протянул мужчина и отошел к стене за собой, достал скрытую панель, что-то нажал на ней и стена открылась. За массивной фигурой терра не было видно, что же там, за проёмом двери.
Я напряглась, поддалась чуть вперёд, пытаясь рассмотреть хоть что-то за широкой спиной терра.
В тусклом свете одной единственной, висящей на потолке лампы была видна кровать в которой лежала...
-Мама, - крикнула я и побежала вперёд, не отдавая отчёт в том, где и с кем нахожусь. Меня перехватили за талию жёсткие руки мужчины. Он с силой вжал меня в себя так, что из груди выбил весь воздух и спина противно заныла, как только встретилась в его обманчиво тонкой нанобронёй. Я зашипела, пытаясь вывернуться, но куда там.
Горячее дыхание обожгло и без того разгоряченную кожу, волна мурашек затопила меня с головы до ног.
Я так и замерла, пытаясь одной рукой снять с себя стальной обруч его руки, меня почти ощутимо мутило. Во все глаза я смотрела в комнату и видела маму.
Её глаза были широко распахнуты, рот приоткрыт, как будто в мучительном крике и всё её лицо было искажено гримассой боли. Высохшие руки, сжимали край простыни, которой она была прикрыта.
Первая слезинка скатилась по моей щеке, за ней ещё одна и вскоре я уже не могла остановить поток слёз.
-Ай-ай-ай, терра. Как же так, нужно было быстрее бежать от своего терра, тогда возможно, ты бы успела спасти свою драгоценную мамочку, - горячее дыхание щекотало шею, его жестокие слова буквально были наотмашь и я тихо вхлипнула. Тут же ощутила, как рука на моей талии прижала меня ещё сильнее, не давая дышать спокойно.
-Как жаль, терра, но я клянусь, - почти выплюнул Киллиан мне в ухо и я почувствовала, что он улыбается, - мы очень хорошо с ней обращались.
Ярость.
Чужеродная ярость затопила меня и я с диким воплем обрушила все силы, что у меня были на руку, удерживающую меня за талию. Я била, била, била, била её под аккомпонимент из откровенного ржания и отвратительных комментриев его шайки.