На вершине башни располагалась просторная лаборатория. Сквозь единственное огромное окно под потолком пробивался тусклый свет, выхватывая из темноты столы, заставленные колбами с пузырящимися жидкостями разных цветов, ретортами, перегонные кубы и связки сушёных трав сомнительного вида. У дальней стены стояли большие стеклянные сосуды, в которых в мутной зеленоватой жиже плавали фрагменты тел, лапы, крылья, глаза…
В центре комнаты за столом, заваленным чертежами и исписанными мелкими убористыми символами пергаментами, сидел Малькор. Он был худ и высок, одет в простой тёмный балахон. Лицо его было испещрено сетью морщин, а глаза, глубоко посаженные, смотрели изучающе и насмешливо. Когда он поднял голову и улыбнулся Каэлену, свет упал на его лицо, и властитель увидел ряды мелких, неестественно острых зубов, как у хищной рыбы.
— Каэлен Варр.
Голос мага был тихим, шелестящим, но, казалось, тот проникал под кожу, заползая извивающейся змеёй.
— Какая честь. Немногие рискуют пересекать Бездонный Простор ради моего скромного уединения. Слухи долетели и до ваших Доминионов, полагаю? Слухи о моём… Скромном искусстве.
— Слухи о совершенстве, поправил правитель, подходя ближе, стараясь не выдать волнения, охватившего его в этой зловещей обители. — Говорят, ты превзошёл саму природу. Создал существо невиданной красоты. Я пришёл взглянуть на твоё творение.
Малькор усмехнулся, снова обнажив свои иглоподобные зубы.
— Взглянуть? О, властитель, вы скромны. Коллекционеры вроде вас не удовлетворяются простым созерцанием. Вы пришли забрать её. Признайтесь.
Каэлен не стал отрицать очевидного.
— Если она так прекрасна, как говорят, я готов заплатить любую цену. Золото, драгоценности, земли… Назови свою плату, маг.
Хозяин острова медленно поднялся из-за стола. Его движения были плавными, почти змеиными. Одежды тихо зашелестели.
— Плата… — задумчиво провёл он костлявым пальцем по краю колбы, в которой медленно вращался чей-то глаз. — Плата всегда есть, властитель. Но сначала вы должны её увидеть. Убедиться, что она стоит… Всего. Идёмте.
Он повёл Каэлена к неприметной двери в дальней стене лаборатории. За ней оказался небольшой альков, залитый мягким, нереальным светом, источник которого был скрыт. И там, на низком постаменте, стояла она.
— Лира.
Легенды не лгали. Она была воплощением самой красоты, от которой перехватывало дыхание. Идеальные черты лица, кожа, словно светящаяся изнутри, длинные волосы цвета расплавленного серебра, ниспадающие до самых колен. А за спиной её покоились крылья. Огромные, белоснежные. Каждое перо казалось выточенным из лунного света. Она стояла неподвижно, как изваяние. Глаза её были закрыты. Но даже в этой неподвижности чувствовалась скрытая жизнь, обещание чего-то невообразимого.
Каэлен замер, поражённый. Всю свою жизнь он искал красоту, собирал её по крупицам со всего света, но всё, что он видел до этого момента, показалось ему грубой подделкой, тусклым отражением истинного совершенства, представшего перед ним сейчас. Это было не просто создание, это было божество. Он почувствовал, как сердце забилось чаще, как кровь прилила к лицу. Одержимость, всегда дремавшая в нём, проснулась и затопила сознание всепоглощающей волной. Он должен обязательно обладать ею. Немедленно. Любой ценой.
— Она… — выдохнул он, не в силах отвести взгляд от Лиры. — Она совершенна. Малькор, я забираю её. Назови свою цену! Что ты хочешь? Мои сокровищницы полны!
Маг стоял чуть позади, наблюдая за реакцией властителя со своей неизменной, едва заметной усмешкой.
— Вы уверены, властитель? Совершенство бывает… Хм, хрупким. И опасным. Она — не игрушка для вашей коллекции. В ней заключена сила, которую вы едва ли можете себе представить.
— Какая сила?
— Она… Хм, она может исполнить желание. Самое главное… Потаённое, которое прячется в глубинах души. Иногда такие желания могут быть опасными, хотя на первый взгляд и кажутся безобидными.
— Я справлюсь, — самоуверенно отрезал Каэлен, всё ещё не отрывая глаз от фигуры Лиры.
Он уже представлял её в своих покоях в Городе Шпилей, под восхищёнными взглядами придворных. Она станет венцом его славы, символом могущества.
— Говори цену, маг, или клянусь богами, я возьму её силой.