Оставшись вдвоем в комнате, Иван первым делом осмотрелся на предмет возможности ухода через окно, после чего с недовольством высказался.
— Плохо дело, мой дорогой друг Йозеф… Такое впечатление, что здешние хозяева ждут гостей.
— Ты думаешь? Но откуда они могли так быстро пронюхать о нас?
— Речь не конкретно о нас. Хотя, не исключаю возможности, что у нашего начальства очень сильно «течет». И ищут именно нас… Поэтому, меняем план. На встречу я пойду один. Ты пока пройдись по городу. Осмотрись, изображая гуляку, но постарайся избежать любых конфликтов. А я наведу справки. Не нравится мне здешнее шевеление…
В этот же день Иван, то есть Герхард Ламсдорф, отправился в таверну «Истрия», хозяин которой являлся турецким осведомителем. Во всяком случае, так ему сказали Кемаль-паша и Рауф. Но у Ивана были свои соображения на этот счет. Прежде чем вступать в контакт с данным человеком, он решил понаблюдать за окружающей ситуацией. Уж очень его настораживали предыдущие провалы. Помня слова своего наставника — старого казака-характерника Матвея Колюжного о том, что в тылу противника можно рассчитывать только на себя, и никогда не доверять завербованным агентам из местных, он хотел сначала зайти в таверну, как обычный посетитель. Причем в наиболее загруженное время, когда там будет толпа народа. Посмотреть, что к чему. А выделить в толпе шпиков для характерника не составит труда.
Подозрение, что здесь не все чисто, появились у Ивана еще на подходе к таверне. Но конкретных фактов, указывающих на наличие слежки, пока не было. Поэтому он зашел в таверну вместе с другими подвернувшимися посетителями и заказал себе ужин, разглядывая окружающую обстановку. Которая заставила насторожиться.
Соглядатаев Иван обнаружил практически сразу. Да и хозяин вел себя неестественно. Значит, на него все-таки вышли, и сделали предложение, от которого невозможно отказаться. Неизвестно лишь, когда это случилось, и связаны ли с этим провалы предыдущих групп. Надо исчезать отсюда, но просто встать и уйти нельзя. Это будет очень подозрительно. Придется дождаться, пока принесут заказанный ужин, не торопясь поесть, и лишь потом уйти, не выходя из образа. И не вступать в контакт ни с кем, если только с ним самим кто-то не заговорит. Тогда может и не заподозрят. Но внешность его уже, как пить дать, «срисовали», поскольку постоянных посетителей «Истрии» местные шпики давно знают. А он человек новый, поэтому вполне может оказаться тем, кого они ждут. Остается надеяться только лишь на то, что здесь бывает много приезжих, поэтому проследить за каждым просто не хватит людей. Поэтому Иван со скучающим видом тянул сразу принесенное пиво, и не обращал внимания на окружающее. Шпики, которые следили за всеми посетителями, тоже утратили к нему интерес, поскольку молодой парень смазливой наружности ни с кем в контакт не вступал, сосредоточившись сначала на кружке с пивом, а потом на жареных свиных ребрышках. Правда, местных девиц легкого поведения сразу же отшил, но это не является чем-то подозрительным.
Иван уже думал, что ничего интересного здесь не будет, поэтому остается лишь закончить свою трапезу и спокойно уйти, не привлекая внимания, как жизнь подбросила ему новый сюрприз. Откуда-то из внутренних помещений вышли четыре человека, одетых, как городские обыватели. Но, едва глянув мельком на их лица и заглянув в глаза, Иван сразу же определил, что двое из них пришельцы. Это было настолько удивительно, что он с трудом сохранил невозмутимое выражение лица и продолжил с аппетитом обгрызать свиные ребрышки. Незнакомцы прошли через зал таверны не останавливаясь, и вышли на улицу. Следом за ними вышли еще четыре человека, в которых он определил шпиков. Как ни велико было искушение последовать за ними, но Иван сдержал себя. Такое не останется незамеченным, а соглядатаи здесь еще есть. Поэтому ничего не оставалось, как не спеша расправляться со свиными ребрышками, запивая их пивом, и обдумать неожиданно изменившуюся ситуацию.