Дагреф, хотя полубогом и не являлся, но тоже знал, как достать имперских лошадей. Хлыст его не знал устали, животные верещали и шарахались от колесницы, которой он правил. Один возница-южанин занес было руку над головой, собираясь проделать то же самое с упряжкой хитрого северянина. Но не успел он щелкнуть кнутом, как стрела Лиса пронзила ему плечо. Он взвыл и выронил кнут, но сумел каким-то образом ухватиться за поручни. Видя это, Джерин в свой черед выругался.
— Как у нас дела? — крикнул Вэн.
Судя по его виду, у него все шло прекрасно. На лице великана красовалась свирепая ухмылка. Кровь стекала по древку его длинного копья, капала с бронзового листоподобного наконечника. А вот на его боевом облачении не было ни капли крови.
— Думаю, хорошо, — ответил Джерин. Он огляделся. — Имперским приходится отклоняться назад, чтобы не дать нам зайти к ним с тылу, так что теперь их фронт походит на выгнутый лук, а не на ровную линию. А лук нельзя сгибать бесконечно, в конце концов он ломается.
— Йо, — Вэн всмотрелся в ту сторону, где находилось другое крыло вражеского войска. — Кажется, люди Араджиса тоже задают им жару. Что бы ты ни говорил о Лучнике, его парни умеют драться.
— В этом я никогда и не сомневался, — сказал Джерин. — Если бы Лучник не был опасен для каждого, кто встает у него на пути, он бы и мне не казался опасным. — Он замялся, но затем признал: — Однако надо сказать, я не ожидал, что он окажется столь опасен.
— Если с ним вдруг произойдет несчастный случай как раз тогда, когда имперские силы будут отброшены за Хай Керс, — заметил словно бы походя Дагреф, — вряд ли мое сердце будет разбито.
— Как и мое, — кивнул Джерин. Затем с несвойственным ему опозданием он понял, какой смысл кроется в словах его чада, и поспешно добавил: — Если с Араджисом что-то произойдет, то не по моей вине.
— Ясно, — спокойно отозвался Дагреф.
Джерин уставился отпрыску в спину. А ведь этот юнец тоже станет опасен, когда придет его час. Вообще-то, всем недругам следует его побаиваться уже сейчас.
— Ты должен глядеть в оба, Лис, — сказал Вэн. — Ибо я не думаю, что у Араджиса разобьется сердце, если с тобой произойдет какое-нибудь несчастье примерно в то время, когда имперские недомерки побегут обратно через перевал. К тому же понятие милосердия ему просто-напросто чуждо.
Джерин едва ли мог с этим поспорить. В Араджисе было приблизительно столько же мягкосердечия, сколько в плавающей в Ниффет щуке. Любая рыба, которую видел Лучник, была либо равной ему, либо большой… либо закуской. Но надо было что-то ответить. И Лис ответил:
— Знаешь, я еще не настолько стар, чтобы закрывать на что-то глаза.
— О да, я это знаю, — ответил Вэн. — Но если хочешь и дальше спокойно стариться, не закрывай их подольше.
Лис и не закрывал, а обратил взгляд на Фердулфа. Неприкрыто дивясь, ибо тот раз за разом со свистом проносился над полем брани, сея хаос в рядах южан. Ничто не мешало его полетам. Какую бы магию ни использовали волшебники из Школы чародеев, пытаясь низвергнуть его с высоты, сегодня она явно не действовала. А маленький полубог вовсю портил жизнь пришельцам из-за Хай Керс.
Хотя их жизнь, по крайней мере в этом сражении, и без того была несладкой. Нельзя сказать, что люди Джерина и Араджиса с легкостью одолевали их, но все же одолевали. Теперь оба конца вражеской линии заламывались все больше и больше. Джерин уже начинал подумывать, что мечта Араджиса осуществится. Если его люди сомкнутся с воинами Лучника за спинами имперских солдат, то мало кому из них удастся перебраться в империю и сообщить Кребигу Первому о том, что с ними произошло. Военачальники южан тоже это хорошо понимали: их крики становились все громче и все отчаяннее.
Джерин тоже закричал:
— Нажимайте на них! Не давайте им передышки. Если мы разобьем их сейчас, они уже не оправятся. Вперед!
И северяне усилили натиск. Имперские воины дрались храбро, но, хотя кое-где им удавалось продвинуться, общая масса продолжала пятиться, отходя все дальше и дальше. Три стрелы, одну из которых выпустил Лис, поразили командира, вдохновлявшего своих солдат на продолжение битвы. Все они вонзились в него с разницей в доли мига. Разумеется, Лис ни на йоту не усомнился, что его стрела была первой.
Вэн издал восторженный вопль, глядя, как имперский военачальник головой вниз вываливается из своей колесницы.