— Он сам отстегал меня кнутом, да, — пояснил крестьянин не без некоторой гордости. — Он так и ушел ни с чем, потому что у меня нечего было брать.
Увидев шрамы, Джерин сдался и отправился в следующую деревню, чей староста оказался более сговорчивым. Он так и не поверил, что крепостные оставленной им в покое деревни столь бедны, как хотели казаться, но у него не было ни времени, ни желания проверять это с должным тщанием. Кроме того, мужество не уступившего ему старосты невольно восхитило его. Любой, кто осмеливался противостоять Араджису, обладал этим качеством в полной мере.
Время от времени южане, почти наступавшие Лису на пятки, проявляли повышенную активность. Произошло несколько стычек, пара из которых была даже жаркой, но люди из-за Хай Керс не пытались приблизиться к отступающей армии и загнать ее до полного краха, как поступил бы Лис с ними, если бы к ним не прибыло подкрепление. Интересно, как там дела у Араджиса? Ведь у него на хвосте еще больше южан. Однако после неудачной миссии Эранаста Лучник уже не посылал к нему гонцов.
Как и на всех северных землях, окружающий Лиса ландшафт был испещрен черными пятнами — так выглядели на расстоянии крепости местных баронов. Большинство из них отправились вместе с Араджисом на войну. А в замках остались подростки, седобородые старцы и баронессы. Последние зачастую были настроены даже более решительно, чем еще или уже не пригодные к воинской службе мужчины. Кое-какие крепости открывали ворота, чтобы поделиться имеющейся едой и позволить Джерину с некоторыми его приближенными провести ночь под кровом. Все же другие наглухо запирались, словно он был врагом.
— Если вы друзья, то не обидитесь, что мы вас не впускаем, ибо поймете, что нами движет, — крикнула одна из таких баронесс со стены своей крепости. — Если же вы враги, выдающие себя за друзей, что ж, в таком случае убирайтесь ко всем чертям.
Джерин не стал настаивать. Во-первых, ему бы пришлось осадить эту крепость, чтобы проникнуть внутрь, раз уж женщина отказалась опустить подъемный мост. Во-вторых, ее слова были совершенно разумны.
Вэн тоже так посчитал:
— Клянусь богами, если бы Фанд заправляла крепостью, она бы ответила именно так.
— Ты, скорей всего, прав. — Джерин поднял одну бровь. — Возможно, Маева унаследовала воинственность от обоих родителей.
— Да, может быть. — Вэн запоздало осекся и бросил на Лиса уничтожающий взгляд. — А ты, возможно, разговариваешь двумя ртами.
— Может, и так, когда в этом есть необходимость, но не сейчас, — сказал Джерин. — Я все время вдалбливал тебе это.
Вэн проворчал что-то, так и оставшееся в недрах его могучей груди. Может, это был просто звук, выражавший недовольство, а может, одно из иноземных ругательств, которых он поднахватался во время своих долгих странствий. Как бы там ни было, великан сменил тему:
— А что за дорога ведет в Айкос с юга?
— Я сам никогда по ней не ездил, поэтому не могу точно сказать, — ответил Лис. — Но я слышал, что по ней добираться до Айкоса проще, чем трястись по проселку, ответвляющемуся от Элабонского тракта, ибо эта дорога не пролегает через жуткий диковинный лес, каким обросли там холмы.
— Я нисколько не расстроюсь, если не сунусь в этот лес… нет уж, большое спасибо, — сказал Вэн с содроганием. — В нем обитают существа, которые считают, что людям совершенно незачем разъезжать по их владениям. Да помогут боги тому, кто решит там побродить под деревьями или окажется настолько глуп, чтобы под ними заночевать.
— Ты прав, — подтвердил Лис. — Я бы не стал делать ни того, ни другого.
— Судя по вашему описанию, это очень занятное место, — произнес Дагреф, который никогда не бывал в том лесу.
Вэн рассмеялся. Джерин тоже, хотя его смех был пронизан не столько весельем, сколько благоговением, смешанным с трепетом.
— Многие места с безопасного расстояния кажутся людям занятными, — заметил он. — Но потом понимаешь, что посещать их гораздо менее интересно, чем слушать о них.
— Вы оба ведь проезжали через тот лес, — сказал Дагреф. — Вы делали это не раз и всегда из него выезжали, иначе вас не было бы сейчас здесь… на безопасном от него расстоянии.
— Логично, — мрачно согласился Джерин. — Но то, что я там прокатился разок или два, вовсе не означает, что мне не терпится повторить этот опыт. В отличие от некоторых моих знакомых, меня никогда не влекли приключения ради самих приключений. Ведь главным в любом приключении является то, что кто-то пытается с тобой разделаться, а мне, как правило, это не по душе.