Пролог
Пролог
Теа
Рединг. Штат Пенсильвания.
Пятью годами ранее.
Совершив финальные толчки Дарен скатывается с меня и падает спиной на старый прокуренный матрас. Наше прерывистое дыхание отскакивает от стен заброшенного домика, который стал маленьким пристанищем, в котором мы можем укрыться от внешнего мира. Здесь мы не более, чем просто двое влюбленных и пусть за дверью этого дома мы по-прежнему остаёмся дочерью владельца похоронного бюро и сиротой без определённого места жительства.
Мы делаем это каждый день.
И с каждым днём мне нравится все больше.
Я сажусь, прикрываясь простыней и чувствую, как крошечные капли пота, скатываются по моей спине. Несмотря на то, что сейчас ранняя весна, а в домике нет отопления, мне жарко. Жар, который дарит мне Дарен намного сильнее тепла от радиатора.
Ладонь Дарена опускается на мою спину.
- Детка, мне так хорошо с тобой, - мурлычет парень и я ощущаю себя самой счастливой на планете. Раздаётся щелчок зажигалки и комнату заполняет запах сигаретного дыма.
- Мне надоело прятаться, - произношу я, не скрывая обиды, - Ты - мой парень. Почему мы не можем быть, как обычная пара?
Дарен делает долгую затяжку и выпускает белое облако дыма.
- Потому что я беспризорник, Теа. Сбежавший из приюта сирота. У меня ничего нет, кроме этого матраса и пары поношенных носков.
- Я хочу представить тебя своему отцу.
Он делает еще одну затяжку.
- Ничего не выйдет, детка. Ни один нормальный отец не позволит своей дочери встречаться с таким, как я.
- Но я хочу попробовать, - не отступаю я.
- Нет, - резко обрывает Дарен, и я проглатываю слезы. Пусть Дарен против, но я все – равно поговорю с отцом, когда вернусь домой. Может папа сможет помочь Дарену и даст ему работу в своем похоронном агентстве, чтобы он смог снять себе жилье и больше не возвращаться в этот заброшенный домик.
Дарен садится и заставляет меня посмотреть на него. Нежно убирает прядь волос с моего лица.
- Детка, в этом нет смысла. Скоро ты уедешь в колледж. Поселишься в кампусе. Парни будут рвать друг другу глотки за возможность быть с тобой, а я буду счастлив знать, что когда – то ты была моей. Знать, что я опередил их всех и стал первым.
Не в силах справиться с нахлынувшими эмоциями я прижимаюсь к губам Дарена, и он с готовностью отвечает на поцелуй. Сама не понимаю почему, но я плачу.
- Спой мне, малышка, - просит Дарен, когда наш поцелуй прерывается. Нам трудно дышать, но ничто не сравнится с этими мгновениями, - Я так люблю слушать, как ты поешь.
Не в силах противится ему, я открываю рот и начинаю петь. Тихо, иногда срываясь на шепот, но я пою для Дарена. Слова отскакивают от стен заброшенного домика, наполняя его пустоту смыслом, которого прежде он был лишен. Слезы катятся по моему лицу, и я чувствую их вкус на своих губах.
Мы прощаемся.
Пусть Дарен не произносит этого вслух, но в глубине души я знаю, что это наш последний вечер вместе.
О нашей связи с Дареном знает только мой лучший друг Харпи. Харпи не мой отец, но он тоже против, чтобы я встречалась с Дареном, пусть и пообещал не выдавать меня, пока не почувствует угрозу.
Мы с Дареном познакомились в последний день музыкального фестиваля, который ежегодно проходит в Рединге в конце лета и мое глупое сердце внезапно забилось чаще. От него пахло бензином, а под ногтями было засохшее машинное масло. Но его завораживающие глаза цвета арахисовой пасты и обаяние, которым наделила его природа, сделали свое дело и в этот же вечер я разрешила Дарену себя поцеловать.
Через месяц я позволила ему больше, чем просто невинные поцелуи. Я перешла черту, которую прежде не переступала ни с кем и это не казалось мне чем – то неправильным. Быть с Дареном было правильно, а все остальное не имело значения.
Я поднимаюсь с матраса и неторопливо одеваюсь, чувствуя на себе взгляд Дарена. Я осознаю, что вероятнее всего больше не увижу его.
Он встает, подходит и берет меня за руку, вынуждая остановится.
- Я не хочу быть причиной твоей грусти, - произносит Дарен. Он подносит мою руку к своим губам и нежно целует внутреннюю сторону ладони.
- А чего ты хочешь?
- Чтобы ты была счастлива.