ала - Я в этот бред не верю - Но при этом, в открытую, заявляешь о существовании призраков - Во-первых, это разные вещи, а во-вторых хочу напомнить тебе, что он не жил в этом доме - Ой, и правда - А, кстати, что будешь делать с его квартирой, я вспомнила, что он успел написать завещание, в котором оставил всё тебе - Потом разберёмся - Но как же... - Потом! - Ладно, ладно, зачем так горячиться? - Прости, я не в настроении. Говорить не хочется - Понимаю Далее, до конца ужина сидели в молчании. Все разошлись по своим комнатам, ближе к одиннадцати, Ирина начала приставать к Алёше. - Отстань - Я же хочу поднять тебе настроение - Неужели ты не понимаешь... - Нет. Я хочу узнать, о чём ты думаешь - Я могу тебе сказать - о смерти - Смерти Сергея? - Да... - Мне не нравится твой тон. Ты явно что-то не договариваешь - Я хочу побыть один Алёша встал с кровати, и двинулся в сторону двери, но Ирина окликнула его: - Постой... Знаешь, я помню всё то, что ты мне говорил в детстве. Я готова признать, что ты меня многому научил, и хотя я работаю детским психологом, я готова признать, что ты знаешь в разы больше чем я, что всегда и доказывал. - Да, спасибо. Теперь я могу идти? - Ещё нет. Я же сказала, что помню ВСЁ! Ты однажды сказал мне: «Если ты когда-нибудь увидишь, что в моих глазах потух огонь, и улыбка больше не озаряет моего лица, это будет означать, что моя душа умерла, и с этого момента я буду просто оболочкой». - И что с того!? - А то, что это произошло. Я могу только молить тебя о том, чтобы ты не сделал ничего... Ужасного На часах было ровно двенадцать, когда Алёша вышел из комнаты. Сергей перенял у Сергея всё, что только возможно, начиная с походки, и заканчивая привычками, и хотя от нескольких вредных привычек брата Алёша смог уберечь сына, но от одной всё-таки не смог. Сергей до четырёх утра сидел за компьютером и «работал». Но в данной ситуации это было даже хорошо, Алёша постучал в дверь, он всегда так делал, когда жил с братом, а поскольку сын напоминал Алёше брата, хотя напоминал не во всём, эта привычка осталась. Подождав две секунды, Алёша вошёл в комнату, пройдя мимо рабочего места сына, он на секунду взглянул на экран, Сергей сидел в наушниках, поэтому не было слышно о чём говорил человек на экране, Алёше показалось, что это был мэр Москвы, Алёша был далёк от политики, и считал её занятием для особого типа людей, а разговоры о ней бессмысленной тратой времени и в девяноста процентах случаев ещё и нервов. Поэтому дома, в своём присутствии запрещал разговоры на эту тему. Алёша зашёл на единственный балкон в доме, достал из кармана пачку и закурил сигарету, купленную по пути с работы домой. Он сел на стоявшее на балконе старое Серёжино кресло, которое он уже год, как обещал вынести. Держа сигарету в руке, Алёша вдруг подумал, о том, что мог хотя бы раз намекнуть брату, на то, что курение медленно убивает его. У Алёши закружилась голова. Когда он вышел с балкона, он поймал пронзающий взгляд Сергея, этот взгляд не был похож на взгляд его брата, в котором он постоянно тонул, это было скорее, как пистолетный выстрел, направленный прямиком в душу. Но было ещё одно отличие - Алёша не боялся своего сына, и не испытывал к нему такого уважения, как к брату. На следующее утро они уже находились на своей новой квартире. На столе, в голой гостиной лежал Сергей, Михаил уже приехал, и готовился к проведению обряда. Вообще никому, на самом деле, не нужно было это отпевание, ведь сам покойник был неверующим, но Алёша железно решил провести его, и никто не возражал. Когда обряд закончился, и Михаил закрыл свою книгу, он, посмотрев Алёше в глаза, многозначительно кивнул, и молча удалился, Алёша только и успел, что кинуть сердечную благодарность ему в спину. Он попытался догнать Михаила, и положить ему в руки деньги, но тот отказался, сказав что за отпевание святых денег брать не собирается. Сергея положили в гроб, Алёша только Сергею разрешил взять его с другой стороны, и наотрез отказался воспользоваться лифтом, так что они спускались с пятого этажа, по лестнице. На улице их уже ждала специальная машина, готовая ехать на место захоронения. У семьи Алёши было место на кладбище с урнами, но сам Алёша считал, что сжигать человека, это признак язычества, и ни за что не дал бы сжечь Сергея. Рядом с машиной стоял ещё один друг Алёши - Леонид, работник ФСБ, сопровождающий сегодня машину с гробом. Пройдя мимо Леонида, Алёша и Сергей положили гроб в машину, пока они это делали Леонид молча стоял, без мысли даже о том, чтобы попросить помочь им. После погрузки гроба, Алёша подошёл к Леониду: - Привет, Лёнич, спасибо, что смог приехать сегодня, я понимаю, что поступаю не очень гуманно, но стоять в пробках, с телом моего брата в машине я просто не в силах - Нет проблем, братан, ты же знаешь, я всегда готов тебе помочь, особенно в таком деле. Он... Ты же знаешь, что я думаю, Серёга был невероятным человеком - Спасибо ещё раз Они обнялись. Алёша сел в служебную машину Леонида, и они, включив сирену, поехали на специально уготованное Сергею место упокоения. Алёша подобрал для брата наилучшее, как ему казалось место. Эта была тихая деревушка, в которой оба брата, но в разное время проводили детство. На заднем дворе дома номер двадцать, рос огромных размеров орешник, закрывающий небо своими ветками. Под ним уже была вырыта могила, и рядом с ней стоял высокий, полноватый человек, в траурной одежде, из которой выделялся, чёрного цвета плащ, достающий практически до земли, и полностью закрывающий бока и спину мужчины. Это был тот самый старый плащ Алёши, в котором он проходил полжизни. Этим человеком был Георгий - лучший друг Алёши, и, не считая Леонида, единственный человек, которому Алёша доверял даже больше, чем самому себе. Из машины гроб вынесли всё также Алёша и Сергей, и опять, никто не пытался предложить помощь. Гроб опустили. Сергей Леонид и Георгий начали засыпать его землёй, пока они делали это Алёша стоял как вкопанный, и смотрел, куда-то в вечность. Все прощались с Сергеем молча, ведь смотря на Алёшу, они не смели ни всхлипом, ни вздохом нарушить его самое тёплое, и самое чувственное прощание. После нескольких минут молчания, длившихся, для всех кроме Алёши, по меньшей мере два часа, Алёша попросил всех кроме Леонида и Георгия пойти в дом, готовить еду, для поминания. Когда семья ушла, Алёша, продолжая стоять неподвижно, обратился к стоящему справа от него Георгию: - Спасибо тебе, Жора, что приехал сегодня сюда, твоё нахождение здесь очень важно, надеюсь на билет из Америки ты потратил не много средств. Прозвище «Жора», Георгий получил, когда вся эта компания, лучших друзей, училась в школе. В девятом классе их учителем по математике стал преподаватель из Украины, который как только не искривлял имена учеников, но именно это искажение запомнилось лучше всего. - Я не мог не приехать, на похороны самого умного человека на планете Друзья переглянулись. Леонид сказал: - Это звучит двусмысленно, ведь теперь самый умный человек на планете - Алёша Они все рассмеялись. Внезапно Георгий изменился в лице, и немного трясущимся голосом сказал: - «Лишь миг», Алёша? - Да... - И тебя нельзя переубедить? В этот момент Алёша ненадолго задумался. Его глазам предстала следующая картина, точнее будет сказать, маленький фильм: Вот проходит много лет. Он приезжает на дачу только раз в год. Это место его больше не привлекает, оно ассоциируется у него только со смертью. Сойдя с платформы, он сразу направляюсь к маленькому магазинчику, находящемуся в глубине, давно заросшего домами, леса. Продавщица в нём не меняется. Создаётся такое ощущение, что она вместе с ним застряла в чьей-то больной фантазии, без желания и целей для продолжения жизни. «Дайте как обычно пожалуйста», - говорит он. Продавщица медленно, своими уже дряхлыми руками, достаёт из-под прилавка пачку сигарет «Кент» с цифрой четыре на ней, и две банки пива «Kozel» тёмной раскраски. Алёша оплачивает покупки, и отправляется по изученной детством дороге, к дому своих предков. Проходя мимо домов его бывших друзей, которые раньше вызывали у него приятное чувство ностальгии, он больше не чувствует ничего. Вот он - его участок. Он сразу направляется к месту, рядом с которым чувствует спокойствие и единение с частью себя, оставленной здесь много лет назад. Достав тряпку из сумки, он медленно и сердобольно начинает счищать пыль с могилы своего брата. При жизни он, как и Алёша, не очень любил цветы, поэтому рядом с его могилой вы их не найдёте. Локация, в которой он сейчас стоял, была связана с ними обоими. У этого орешника они росли, у него же и упокоятся. Алёша достал раскладной стул, и присел. Его ноги уже работали не так хорошо, как в молодости. Поставив банку на надгробную плиту, он на несколько секунд забылся. Его сознание вылетело из черепной коробки, и отправилось в вечность, дабы сообщить брату, что он пришёл и Сергей может спускаться. Вернувшись в наш мир, он открыл пачку, достал оттуда сигарету, подкурил её и воткнул в землю рядом с могилой. Закурив, он сказал: - С днём рождения, родной! - ... - Ты как всегда молчалив. Да... Хорошо, что мы до сих пор можем вот так вот собираться у тебя. Выпьем же за тебя! За твоё здравие и счастье - ... Через, примерно, минут двадцать пиво начинает действовать: - Знаешь ли, я собираюсь переехать к тебе - ... - Да-да, я знаю, что говорю тебе это каждый год, но всё же. Теперь мои намерения более серьёзны. Я почти закончил работу над сво