— СУКИ! — рыкнул он, когда в очередной раз по нему попали, и защита рухнула.
Понимая, что выхода нет, он метнулся к одному из монахов, в надежде хотя бы его забрать с собой.
Нанизывая себя на подставленный врагом клинок, он ударил оружием в грудь противника. В спину тут же вонзились сразу три меча.
— Церковные суки, — прохрипел он, булькая тьмой, которая потоком начала выливаться изо рта.
На последнем издыхании ученик тёмного мага провернул клинки, выгнулся дугой и, истекая тьмой, завалился на спину, увлекая пока еще живого монаха за собой.
— БРАТЬЯ! — раздался крик Гоша, защита которого схлопнулась.
Паладин стоял в луже тьмы, которую растерял Эки. Сам он с трудом держал оборону, принимая шквал ударов черной тени на щит. При этом воин света умудрялся махать клинком, оставляя в воздухе белоснежные росчерки, отрубая шматки от противника.
Бой превратился в чудовищную резню.
Шматки тьмы.
Искры от стали доспехов.
Брызги крови.
Белые и черные росчерки.
Монахи рванули в бой. Кто-то из расторопных швырнул заряженным тьмой оружием в тень, кто-то на бегу начал читать молитвы.
Клинок вонзился в тень.
Паладин окутался легким, едва заметным свечением.
— ХА!
Первый монах, подбежавший к тени, размашистым ударом нанёс удар в спину тени, но клинок просто увяз, словно в глине, не принеся существенного ущерба.
За ним еще один монах и еще.
Церковные воины пытались сделать хоть что-то, но твари все было нипочем. Она с остервенением продолжала бить по паладину, словно обезумевшая от боли и ненависти.
Внезапно с неба в тварь ударил луч света. С низким гулом от самих облаков он пронзил тварь и скрылся в почве. Тварь замерла, а всех воинов отбросило на несколько метров.
Луч не исчез, он медленно расширялся, пока полностью не поглотил тварь. Он продержался почти двадцать секунд, после чего исчез, оставив после себя полную тишину.
— … и свет мой чист, как и помыслы мои, — раздался голос Снека.
Он стоял у дома темного мага, спиной ко входу на коленях, с ликом Единого в руках.
— Снек, скотина, — прохрипел Гош, с трудом приподнявшись с земли.
Его броня была заляпана кровью, кольчуга, видневшаяся в сочлинениях, порвана, на лице несколько глубоких рассечений. Между краями раны на брови, из которой кровь заливала глаз и щеку, виднелась белая кость.
— Ты не мог пораньше? — проворчал паладин.
Снек поднялся и покачал головой.
Кр-р-р-ра-а-ак…
Скрип раздался из-за спины клирика.
Тот обернулся и уставился на вышедшего.
Это был старый, слегка сгорбленный старичок. На лысой голове виднелись черные татуировки, челюсть была неестественно свернута набок, глаза затянуты серой пеленой. На нем была простенькая серая мантия, а в руках он держал костяной посох, на вершине которого располагался маленький, с кулак, черепок ребенка с зелеными огнями в глазницах.
Глаза Снека округлились.
— ЛИ-И-И-ИЧ! — во все горло заорал клирик.
Глава 8
Ари оглядел разложенные камни со священными письменами вокруг себя и вздохнул. Его взгляд опустился на стальной прут.
— И как вот это почувствовать? — раздраженно произнес он и с злостью швырнул прут, переполненный светом далеко в кусты.
Парень недовольно насупился и уселся прямо на землю.
Прием по прежнему не выходил, что его уже начало откровенно бесить. При этом нервозность от того, что его оставили в стороне, полном неведении, в центре странного ритуала, только подливала масла в огонь.
Парень просидел минут двадцать и от скуки, после чего встал и вытащил свой клинок. Припомнив последнюю попытку вбить толк от Гоша, он вытянул руку с клинком вперед.
— Продолжение руки… — пробормотал он, удерживая клинок.
В такой стойке он продержался около двух минут, с шипением опустив руку.
— Я бы посмотрел, как этот дуболом задницу этим продолжением чешет, — пробубнил себе он под нос.
Помучавшись так же еще несколько раз, он все же оставил эту затею и снова уселся на землю.
— Что за дурацкая идея оставлять меня тут одного? — начал ворчать он в слух. — А вдруг нежить какая выскочит или тварь темная?
— Ш-шшто знач-ш-ш-шит ес-с-с-сли? — раздался странный голос за спиной.
Ари повернулся и уставился на сгорбленного старичка в черной мантии. Торчащие скулы, длинный, горбатый нос, впалые щеки и сухие, с торчащими венами, руки.