– Пап, мам, когда мы сможем уйти с этого бала, я устала и хотела бы прилечь. – причина была абсолютна надуманной, но я надеялась на то, что родители спишут это на мою неопытность в светской жизни.
– Если ты хочешь, мы можем уйти прямо сейчас, официальная часть бала подошла к концу, тебя мы представили, так что можно покинуть это мероприятия, ведь так, дорогой? – мама вопросительно посмотрела на папу.
– Конечно, только я для начала переговорю с его величеством, как только вернусь, сразу же отправимся домой.
Папа ушел, а я все больше начинала волноваться. Наг о чем-то переговаривался со своими товарищами, при этом периодически посматривая на меня. Мне же от этих взглядов хотелось убежать куда подальше, забиться в угол не высовываться. Я пропустила тот момент, когда наг перестал разговаривать со своими подчиненными и теперь во всю смотрел на меня, на его губах играла хищная улыбка. Примерно так голодная гадюка смотри на вожделенную пищу. Я буквально взмолилась, чтобы отец вернулся скорее.
Нет, я прикрано понимала, что рано или поздно придется встретится с этим нагом, но сейчас я была к этому не готова, да и сам наг, не сможет сейчас адекватно воспринимать то, что я ему скажу.
Папа вернулся примерно через десять минут, мы вышли из замка тем же путем и что и пришли. За пределами сада отец открыл портал, и мы перенеслись домой, где я снова смогла почувствовать себя в безопасности.
Глава 7
Скан’джесан правитель нагов
Кто бы только знал, как мне не хотелось ехать к этим назойливым людишкам. Они наивно полагают, что мое там пребывание — это высочайший символ благосклонности. Но это не так. Мирный догов это всего лишь предлог, с которым я прибуду к людям. На самом же деле через их территории намного легче контролировать территорию драконов. Горные хребты, где обитали эти крылатые ящерицы, находились практически на границе с территорией людишек, и мирный договор — это лишь способ стать немного ближе и лучше контролировать врага.
Хоть территория людей и была не так далеко от нашей, отправиться туда пришлось ранним утром. Я терпеть не могу передвигаться в повозках, какими бы удобными они не были. День в пыльном и душном транспорте дал о себе знать, до безумия хотелось прилечь и поспать хотя бы пару часов, но даже такой возможности нам не дали. Была какая-то до ужаса смехотворная необходимость присутствовать на каком-то балу, который был организован в честь неизвестной девчонки. Ну и король решил не упускать возможность и объявить о столь удачном сотрудничестве с нагами не раньше не позже. Тем более, как такового сотрудничества еще не было, мы должны были обговорить только условия, на которых, собственно, и должен был заключиться союз.
В бальном зале мы появились уже ближе к середине торжества. С нашим появлением, атмосфера в зале изменилась. В воздухе начали витать ароматы страха, брезгливости и отвращения. Люди, как крысы стали сбиваться в кучки и перешептываться, и с каждым моим шагом к центру отдалялись от него все дальше и дальше. Было смешно наблюдать за всей этой картиной, даже от короля, который с нашим появлением расплылся в самой радушной улыбке, попахивало страхом.
Я не сразу заметил, что один аромат выбивался из общей картины. В нем не было ни страха, ни брезгливости, скорее угадывались нотки любопытства и удивления. Рядом с этим ароматом витали еще два, но и от них не исходило страха, скорее легкое беспокойство за родного человека.
Пришлось обшарить весь зал взглядом, чтобы среди этих, в кучки сбившихся людей, отыскать тот самый аромат. Он принадлежал девчонке. Назвать ее женщиной у меня не повернулся бы язык. Не сказать, что она была обворожительной красоткой, скорее середнячок даже по сравнению с людскими девушками, но ее наряд и макияж выгодно подчеркивали все ее достоинства.
Когда мой взгляд поднялся до ее глаз, я заметил, что она времени тоже зря не теряла, в ответ рассматривала меня. В этот момент ее запах немного изменился, самую малость и ели заметно, в нем проскользнула нотка симпатии ко мне как к мужчине, я даже поддался в перед, почуяв ее интерес. А когда она это заметила, отвела свой взгляд, как будто до этого смотрела на что-то незначительное и нисколечко ей не интересное.
На секунду она показалась мне такой родной, как будто я знал ее с самого своего рождения. Таких чувств я не испытывал даже к самым близким своим родственникам. Я совсем невольно стал замечать все взгляды, которые бросали на нее мужчины. Мне захотелось выколоть глаза каждому кто смотрел на нее. На лице немного стали проступать чашуйки, ели заметно, человек, который не знаком с нашей расой близко, даже не понял бы что происходит. Змей внутри шипел и вертелся, требовал, чтобы я был с ближе с этой девчонкой и рвался наказать всех, кто хоть как-то, даже косвенно претендовал на его пару.