“Что это было?” — думала она, сразу отметая предательство учителя — “Предвидение их Бога? Возможно… Вполне возможно.”
Викии ничего не сказала парням, сейчас нельзя было поддаваться панике, ведь как говорил дядюшка Лег, “Гибнет тот, кто боиться.”
Глава 35. Кровь, золото и камень
Викки копалась в разуме старшего офицера службы безопасности с непроизносимым цокающим именем.
Картинка была черно-белая, рептилия явно страдал дальтонизмом, и тщательно это от всех скрывал. В его воспоминаниях на трехпалых ладонях располагался пакет, черный со странной печатью в виде головы дракона на фоне перевернутой острием вниз пятиконечной звезды и пометкой, вскрыть такого-то числа, и это число было сегодня. Пальцы офицера нетерпеливо распечатывали конверт, в котором на четырех листах подробно описывалось, где и когда легляндские маги должны были “провалиться” на базу. Досконально говорилось обо всех шестнадцати диверсантах. Пол, способности, склонности, имена. Белые листки откуда-то знали о них всё, кроме пожалуй одного, Бивс судя по информации был магом символьной школы. И, так конечно оно и было, но паренёк последнее время плотно вчитывался в труды о Хаосе, отчего стал менее общителен, чем раньше, да и в целом изменился, возможно это и спасло группе жизнь. Ведь юный хаосит координировал проникновение их четвёрки на станцию.
Также в листки приказывали: При обнаружении шестнадцати людских детей, уничтожить и сосчитать тела, если тел будет меньше, продолжать поиски задействовав все ресурсы Разящего. Усилить силовой куб.
Тот, кто писал инструкцию подразумевал, что его данные могут быть неточными. Но, кто мог знать, что каждая из групп выберет именно указанную в документе точку входа? Никто - не мог, а значит, бумагу писал очень сильный предвидящий, или даже тот самый рогатый Бог-дракон изображённый на перевернутой звезде-печати.
Викки не верила в богов, но двенадцать товарищей были уже мертвы.
— Цак-ску-сиц, доложите о уничтожении диверсантов! — вдруг прозвучало в шлемофоне рептилии.
— Докладываю, диверсанты уничтожены! — как под копирку произнёс офицер мысли ментальщицы.
— Приложите фото доказательства! — не унимался голос. Говорили не на легляндском, но Викки понимала каждое слово пользуясь мозгом ящера, как переводчиком.
— Не имеет смысла, мы расщепили их! — ответила из головы офицера она.
— Что вы делаете в том секторе? — вдруг спросили у подконтрольного.
Тот кто говорил с офицером знал, где он находится. И тут, Викки поняла, что чтобы она не ответила, любой ответ будет неправильным.
— Уже иду на мостик с докладом! — поспешила симпровизировать она.
— Вы отстранены - до выяснения, — ответили в шлемофоне, — Ваши ключи доступов заблокированы - не сопротивляйтесь.
— Да, бли-и-и-н… — протянула Викки, а офицер приложил сопло бластера к своему виску, нажав на спуск.
Плазма проделала в височной броне небольшую дырочку, завоняло горелой резиной, черепная коробка сплавилась внутри бронешлема. Рептилоид остолбенев, рухнул под ноги девушки.
— Ребят, они знают, что мы живы, подразумевают, что мы тут. И о нашей миссии они были осведомлены заранее. — обратилась она к группе.
— Ну тогда чего мы медлим побежали к сердцу станции! — воодушевленно выкрикнул Зак и подойдя к запертой двери, положил на неё ладонь.
Жёлто-чёрные стальные ворота, затрещали и покрылись инеем.
— Я вам не сказала. Но, мы единственные, кто выжили, магия Хаоса похоже исказила разум Бивса и мы стали невидимыми для их Бога, когда вошли в другом месте. Нам просто повезло. — потупила она взор.
— Значит их Бог не видит, или не ведает Хаос. — задумчиво предположил Бивс.
— Легляндия рулит! — воодушевился Зак, а леденеющая дверь перед ним просто рассыпалась, звеня по полу замороженными осколками металла.
Как только рептилии выяснили кого именно не хватает среди трупов, боевые роботы принялись шнырять по этажам сканируя каждый уголок, благо “батареек” четверка взяла с собой на целых три дня активной магической войны. Прямых путей к кубу - сердцу станции больше не было, впереди были лишь засады, а предвидение предрекало гибель группы в каждом втором случае штурма. И потому, четверка шла в обход изрядно петляя, но снова и снова натыкаясь на вероятности засад, по мощи укреплений и слаженности в разы превосходящие их первую битву на Луне.