— А ведь может быть, чтоб его даэдра драл, Рарил! — буркнул он.
— Я — не буду. И вообще не стоит их даэдра драть. Они и так справляются, причём с не самыми приятными перспективами.
— Это да, — невесело признал Анас. — Акулахан?
— Может быть, Анас. Не знаю. Вообще, блин, возникает ощущение, что мне надо надевать на черную жопу синие колготки, а поверх — красные труселя, — хмыкнул я. — Оно мне всё вообще — надо, блин? — заныл я. — Рарил — защитник нирнского данмерства! СуперРарил спешит на помощь, чтоб его… И не хрен ржать! — праведно возмутился я хрюканью мертвечины. — А когда другие ящуры охренеют в атаке⁈ А если давалкин окажется таким же… — аж передёрнулся я, — чудовищем, как и Неревариниха⁈ Мне ещё и драконов, едрить их в дышло, воевать?!!
— Разорался-то, — хмыкнул Анас. — Ну… да, геморройно, конечно. Но и небезынтересно.
— Ну-у-у… В чём-то да, — признал я. — Но не когда этот сволочной Ворин подкинул мне этого гребучего Акулахана!!! Это — было эпическое скотство и злодейство! — праведно гневался я.
— Так он — сволочь и злодей. Дьявол, это даже в книжках написано, — с елейный видом глумилась некроскотина.
— Про тебя — не написано. А тоже — тот ещё некрогад! — буркнул я. — Вообще, сочувствия от тебя не дождёшься!
— А оно тебе надо? — развёл протопразменными лапами сволочная дохлятина. — Тебя же никто не заставляет.
— А я не хочу-у-у… — занял я.
— Поныть ты хочешь.
— Проницательная скотина.
— Жалкий нытик.
— Антикварная некроскотина, блин!
Обменявшись тёплыми, родственными словами по-данмерски, мы засели за расчёты телепортации. А мне — полегчало. Поныть-не поныть, но выговориться мне нужно было. А то какое-то сволочное кромешье: Родина опасносте, никто кроме Рарила! Ну… а некому больше, похоже. Хотя в процессе расчётов мертвечина буркнула, что раз я такой праведный данмер, в смысле ленивая чёрная задница, отягощённая излишне даэдрической совестью и ответственностью, то нужно мне организацию какую. Чтоб всяких молодых и не ленивых гонять, мудрые слова им говорить, троллить их там, глумиться по-садистски. Довольно иронично, учитывая мои юные телесные годы, но вообще — перспектива гонять всяких придурков и давать им мудрые наставления греет. Хотя лениво, но самому всяким геморроем ленивее заниматься.
А с другой стороны — заниматься интересно. И сидя в позе «мудрого какающего черепаха» в какой-нибудь «Гильдии Рарила» — я же со скуки взвою, похоже. И думать про всяких дураков тупорогих, чтоб они, дураки, не убились. Да ещё сделали всё правильно… Самому проще. Хотя — и вправду посмотрим. С Акулаханом вот разберёмся и сердцем, в плане куда их и как. И подумаем.
На этом сакраментальном моменте расчёты слепой телепортации были завершены, и я сиганул в эту самую слепую телепортацию. Правда, в этот раз было проще и даже без оберегов и заклинания «холодно, б…я!» обошлось: вышел я в Нирн на высоте, неподалёку от мерзкой башни. Ну и тут же снова телепортировался, уже на метку в её недрах.
— Это я охренительный молодец, — резонно отметил я в недрах.
Призвал Анаса, приготовил посох с некислым набалдашником, дал духу-сфере ценное указание бдить, внимать и вообще. И потопал к воротам из башни: реально интересно, что это за Чёрный Предел. И на столицу скайримского двемерства, Тихий Город, полюбоваться интересно. А может, что полезное найдётся.
10. Всяческие пределы
Вышел я на порог мерзкой башни, благо механизмы прекрасно работали. Огляделся и, как кулюторный данмер, высказал всё, что в голову пришло. На момент, когда Малый Данмерский Загиб грозил перерасти в большой, Анас замахал некроручками и вообще стал привлекать внимание.
— М-м-м? — уточнил я, восстанавливая подсохшую слизистую.
— Хорошо сказал, а главное — верно, — признал мои необоримые достоинства некрохрыч. — Но не злоупотребляй.
— Вот чтобы я без тебя делал, — посетовал я. — Но подобная буйня, — обвёл я окружающий пейзаж лапой, — по-другому просто не может быть охарактеризована.
— Согласен, — признал Анас. — А сейчас…
— А сейчас на всё пофиг, Анас, — ответил я, раздвигая посох. — Я к потолку. Мне надо понять. И попробую причувствоваться с потолка — тут дохренища помех.
И дело вот в чём: мы были в пещере. Только потолок этой гребучей пещеры был навскидку — в паре сотне метров от пола, это раз. Светился, подлюка такой — не слишком ярко, но достаточно, чтобы в пещере был полумрак. При этом, видимость была крайне херовой — туман и грибные споры. Причём споры — фигня, по сравнению с напитанным обливионщиной светящимся водяным паром. Нейтральной обливионщиной, довольно мощной. Ну и сами грибцы, не иначе как на этой обливионщине вымахали — совершенно лютые, полупрозрачные, светящиеся мухоморы и поганцы многометровых размеров, с какими-то щупальцами аж. Это только то, что я с порога башни увидел. Но главное — размеры пещеры, и из чего она, паразитка такая, сделана. Потому что поднимаясь, я, несмотря на туман, стал понимать габариты. И это звиздец — она, похоже, была сопоставима размерами со Скайримом! Со ВСЕЙ провинцией, блин!