Сперва Рей не обращал внимание на досужие сплетни. Дрискальд мог похвастаться внушительной армией, но все знали, что маг средней руки стоил полсотни воинов, а умелые чародеи — и того больше. И все же беспокойство не покидало Рея, и одним холодным вечером, завершив обычные дела, он поделился своими переживаниями с Гаросом.
Старик лишь пожал плечами.
— Что это значит? — спросил Рей, удивленно моргая. — Вы думаете, они не нападут?
— Откуда мне знать? Но, конечно, они могут.
— И это вас не беспокоит? — спросил Рей, нахмурив брови.
— А какая польза от беспокойства? — проговорил Гарос с едва заметной улыбкой. — Для этого есть градоначальник, разве нет?
— Но вы же поможете, если вас призовут, правда? — спросил Рей, уже более твердым голосом, котором ощущалась не так надежда, как требование.
Гарос покачал головой.
— Это не мой город. И если начнется война, это не будет моя война.
Рей уставился на него.
— Но вы же здесь живете!
— Пока что, — тихо ответил Гарос.
Наступила долгая пауза.
— Тогда где ваше место? — вырвалось у Рея, прежде чем он успел остановиться.
Гарос отвернулся, в его глазах мелькнула горечь.
— Боюсь, такого места нет. Но если я кому-то здесь чем-то обязан, то это тебе. Ты мой ученик, и я должен тебя защищать.
— И как же вы будете меня защищать, если не хотите вмешиваться? — резко спросил Рей.
— Я бы предложил уйти, пока мы еще можем.
— Ни за что! — Рей резко выпрямился, сжав кулаки. — Это мой дом. Я не сбегу.
Гарос замешкался, затем медленно кивнул.
— Тогда я тоже останусь и буду защищать тебя. Пока мы связаны, ты не умрешь. Это я тебе обещаю.
— А как же остальные? Они для вас ничего не значат?
Гарос не ответил. Он просто смотрел в огонь, как будто заданный вопрос растворился в пламени.
— Люди верят, что вы могущественный маг, — продолжал давить Рей, все больше раздражаясь. — И вы все же должны кое-что этому городу. Здесь вам дали приют, еду и поддержку. Вы не можете просто сидеть сложа руки, когда придет время.
— Я благодарен за гостеприимство, — спокойно ответил Гарос. — Но я не буду использовать мою магию для убийств.
— Тогда что вы будете делать? — вскинул руки Рей. — Просто стоять и смотреть, как гибнут люди? Разве так должен вести себя маг Жизни на войне?
— А как, по-твоему, он должен себя вести? — спросил Гарос, пристально глядя Рею в глаза.
— Исцелять раненых. Укреплять обессиленных. Поднимать дух людей.
— Другими словами, — пробормотал Гарос, — помогать вам убивать их.
Рей замер, застигнутый врасплох.
— Для этого, — продолжил Гарос, — нужна магия Жизни, по-твоему?
— А для чего же она нужна? — отрезал Рей.
— Поддерживать жизнь, — ответил Гарос. — Любую жизнь, не только жизнь тиралунтцев. Но война не место для Жизни. Это пиршество Тьмы. И единственный настоящий победитель в любой войне — это сама Тьма. Ей все равно, кто падет — ваши или чужие. Тьма в любом случае свершит свою жатву. И я не хочу в этом участвовать.
Он откинулся на спинку кресла. Его голос стал более тихим, спокойным, даже задумчивым.
— Есть только один способ выиграть войну, не насыщая мрак: заставить врага отступить без боя. Но лишь немногие правители достаточно мудры и хитры, чтобы справиться с этой задачей. А ваш градоначальник... при всем уважении, он не из их числа.