— А я — потому что уже в курсе ситуации.
— Ну да, нет смысла привлекать посторонних. И так обращение к Трибуналу — крайне неприятная вещь. А если ещё всплывёт в Гильдии, что был провал в общении с вампирами, — поморщилась Танусея.
— Понял, — понял я, кивнув.
— Заплатить? — доброжелательно улыбнулась старушенция.
— Знаниями и умениями, — ещё более доброжелательно улыбнулся я.
— Хорошее пожелание, — покивала она. — Разрушение, — задумалась она. — Пойдём, Рарил, я знаю, что тебе будет полезно, — как молодая, вскочила она из-за стола.
И вот не поспоришь, сам себе отметил я, душегубя всяческую мелкую живность под присмотром бабки, которая продолжала возиться с бумагами, приглядывая за мной.
Дело в том, что бабка обучила меня, вот хрен уж знает с чего, ничего на это не намекало, такому небезынтересному заклинанию и умению школы Разрушения, как «Вапиризм».
И я час ни хрена не мог сделать. Вот вообще — я НЕ ПОНИМАЛ, не чувствовал, какое отношение вампиризм вообще имеет к школе проявления стихийных планов! Вот вообще! Наконец, уже хмурая бабка перестала клевать меня в мозг философией, и просто показала заклятие «вампиризм». И я почувствовал. Вообще, это было не вполне Разрушение, а подключение к некоему плану, хер знает какому, но… мистическому. Судя по философской лабуде Танусеи, это была не «вампирская» приблуда, а именно заклятье школы Разрушения. Эффект, добавляющийся к заклинанию разрушения, ну и «отсасывающий» у разрушаемого определённый процент… энергии. Жизненной, магической, чертовступной.
И это — Мистицизм, что бы там бабка ни врала! Но метод обращения к плану «конвертации энергии», как я его для себя обозвал — типично разрушительский, привычный.
В общем, темна вода в облацех, надо Анаса тиранить, чтоб он растолковал, некрохрыч образованный. Но вот с практической точки зрения — оказалась весьма полезная и вкусная штука. Снижение усталости от колдунства, снижение физической усталости, да банально — лечение самого себя, шараша вражину молниями или ещё какой вкусняшкой.
— Именно вампиры имеют свойство, Рарил, — вещала бабка ближе к вечеру, — по сути — заклинание, но доступное только им. Если мы должны НАНЕСТИ урон, после чего получаем часть отнятого этим уроном себе, то они наносят урон самим фактом отъёма. Забирая себе всё… хотя и не всё, конечно. Просто гораздо больше. Но это — свойство птенцов Отца Вампиров, дарованное им.
— И самому Балу процентик капает.
— Скорее всего — так. Ладно, на сегодня — хватит. Попрактикуйся, можешь зайти с утра — дам пару томов почитать. А, послезавтра, познакомишься со своим наставником Мистицизма, — оскалилась бабуля.
— А через неделю — в логово вампиров, — скорбно вздохнул я.
— Именно, — улыбалась бабка.
И потопал я… В бордель, конечно! Я уже воздержанием маюсь чёрт знает, сколько времени, за двоих! Меня Анас, помимо консультации, в мозг отымеет, до полного СВОЕГО удовлетворения! А я буду неудовлетворенным и отыметым в мозг, как дурак!
А после конструктивно проведённых пары часов потопал я домой, слушать глупости некрохрыча, ну и изрекать свои мудрости в ответ.
21. Злостная геронтократия
После конструктивно проведённых часов в борделе довольный я завалился домой и призвал дохлятину.
— Хорошо, но мало, — склочно поприветствовал меня некрохрыч. — Рарил, хватит ломаться, как девчонка, заводи рабынь! Дома лучше и по деньгам выгоднее. И научить можно…
— Хорош уже, Анас, — отмахнулся я. — Сам думаю уже, но как-то…
— Неудобно ему, — ехидствовала мертвечина, заложив костяшки за спину и начав рассекать взад-вперёд просторы спальни. — Рарил, рабство на Вварденфелле — биологическая необходимость, это раз.
— В курсе, — буркнул я.
— Рабы и рабыни — либо сами выбравшие своими действиями и прямым желанием такой путь, либо сделанные таковыми породившим их социумом, это два, — продолжал ораторствовать Анас.
— Вот спасибо, просветил…
— Пожалуйста, — царственно махнул костяшкой дохлятина. — И, наконец, учитывая твою позицию «эмпатии к партнёру», которую я нахожу… Странной, но, возможно, не самой неверной, — задумчиво прошелестел Анас, — Ты, купив пару-тройку…
— Вот тебе, а не тройку, — продемонстрировал я охреневшему хрычу дулю.
— Пусть пару, — с видом делающей мне одолжение дохлятины озвучил Анас. — Так вот, купив их себе — ты сделаешь этим рабыням ЛУЧШЕ. Они не будут горбатиться в яичных шахтах или на плантации, не попадут в бордель, услугами рабынь откуда ты пользуешься совершенно спокойно…