— Дагон Фел, уважаемый, — не слишком радушно сообщил норд.
— Угу.
— А благодарность?
— А за что? — полюбопытствовал я, прикидывая, прибить мне всё-таки хама или пусть живёт.
— За скорость, удобство…
— Анас, дорогой дух предков, — обратился я к призванному некрохрычу.
— Угу, — довольно бухнула дохлятина, встопорщиваясь, начиная сиять глазницами.
Потом некрохрыч хищно вытянул встопорщенные призрачные лапы в сторону норда. И завывал при этом премерзко: завывания, в отличие от осмысленной речи, окружающие вполне воспринимали. Впрочем, воспринимали они и осмысленную речь Анаса, что мы тоже проверяли. Но не как речь, а как бессмысленный, еле слышный хоровой загробный речитатив.
Норд с горестным воплем «Некромант, спасите!» плюхнулся за борт, а я — сиганул прыжком на сходни, где ко мне присоединился хихикающий Анас.
Тем временем, подтопал какой-то легионер-легионером, посмотрел на меня, кивнул на показанную брошку Гильдии, вгляделся в Анаса, нагнулся над бултыхающимся нордом и выдал:
— Он не некромант, придурок! А просто данмер! — после чего легионер потопал в поселение, а горестно стенающий норд, злобно на меня зыркая, стал забираться в свой транспорт.
А я отозвал Анаса и задумался. Поселение, конечно, колоритное. Но неохота слушать в местной пивной (пабе, сельском клубе или ещё каком местном месте культурного досуга) как и в этой Жопемира прекрасно(ужасно) живется. И как лучше(хуже) заживётся, когда какой-нить Нереварин или ещё какая пакость непременно свалится им на голову.
Нет, покопаться во всяком двемерстве было бы интересно, но не сейчас. И вообще, к вопросу двемеров надо подходить с толком, с расстановкой. И для начала поковыряться в моих трофеях, собирающих пыль. Дома и в комфорте, а не в антисанитарных руинах с бешеными автоматонами!
Так что нацепил я висюльку с кривым жуком и стал маршировать по единственной сельской улочке. Прохожих было полданмера, да полтора легионера, но заскучать я не успел. Ко мне целенаправленно подтопала завёрнутая в глухие тряпки фигура, высоченная, как сволочь, и мелодично пропела:
— Что угодно почтенному посланнику Гильдии Магов от Великого Клана Избранных Магией Аунда?
Ну ипануться теперь, аж слегка офигел я. А маскировки-то на себя навертел, дылда неприличная! Как будто при его росточке хоть кто-то что-то сможет не понять… Хотя, он же упырь. Может, тряпки — это защита от солнца. Сейчас день кромешный, всё-таки. Ладно, хрен с ним, с пафосным, желтожопым, дохлым и наглым засранцем, милостиво решил я.
— Мне потребна Даунейн Аунда, — небрежно бросил я.
Дылду аж заколбасило от лаконичности обращения. А через пару минут он понял, что больше я говорить ничего не буду. Так что отколбасился он, кивнул коротко и потопал, со словами «следуйте за мной».
И вёл он меня, к моему удивлению, к одной из двемерских башен.
Опачки, оценил я, вглядевшись в «видеть магию». А у нас всё замагичено и, судя по тонкой вязи — иллюзиями. А я не вижу на что иллюзия ни даэдра, даже обидно. На этом я призвал Анаса, с интересом завращавшего черепушкой. Провожатый аж передёрнулся, но права качать не стал, топая к двемерской башне.
23. Лимонные сумерки
Топал я за долговязым упырём, призванный некрохрыч вращал черепушкой на ажурные узоры магии вокруг. И тишина. Минуты полторы, мы уже к двемерской башне подтопали!
— Ну что?! — не выдержал я, мысленно обратившись к дохлятине.
— Как что? — зловредно ответил некрохрыч. — Я могу пользоваться только твоими…
— Зараза дохлая, хорош заливать! — уже по настоящему возмутился я. — Сам врал — ты — это неосознанно созданное мной магическое вместилище! Со своими глазами и прочими дохлыми причиндалами!
— Запомнил, молодец, — ехидно проскрипел некрохрыч. — Ну да, вижу иллюзию. А за счёт связи с тобой одновременно и не вижу её. Мог и дослушать мои мудрые речи, неуважительный щщенок.
— Да… — начал было мысленно обрушивать громы, молнии и прочие атрибуты цивилизованного диалога, как сопровождающий остановился.
— Проходите сюда, — обвёл он рукой только что открытый проём. — И не пугайтесь, того что увидите…
— Что я, двемерских домов не видел? — фыркнул я, приоткрыв дверь пошире и заходя в недра башни.
Сопровождающий просочился вслед за мной, подхватив за короткое время какую-то болячку: головой дёргал и челюсть отвалил так, что серо-желтушный острый подбородок аж вывалился из под капюшона.
— Ничего ты не должен был видеть, Рарил, — хихикала перекатами костей мертвечина. — Очень мощное зачарование иллюзии, поддерживаемое камнями душ, да и не только, подозреваю. Все видят не две, а одну башню. На духов эта иллюзия действует тоже. Думаю, подействует и на известных даэдра. Это ты у нас такой уникальный, — веселился Анас.