— Никто не изгонял, — пробубнил из-под челодлани похрюкивающий некрохрыч. — Развели бардак, придурки!
— Ну вообще, я думаю, на этот казус просто никто никогда не ссылался, — подумав, озвучил я. — Особенно учитывая милые правила нашего, — хмыкнул я, — Дома.
— Потому что жить хотели, если кто-то и претендовал. Изгнали бы по старым традициям, хех.
— Скорее всего, так. Но у меня появляется довольно занятная перспектива. У каждой медали две стороны…
— Не у каждой!
— Ой, давай не будем про всякую запредельную даэдрятню! У каждой НОРМАЛЬНОЙ монеты есть две стороны. И появляются интересные перспективы, — оскалился я.
— С учётом того, что Империя признаёт этот бред как закон — согласен. Но зачем нам это, Рарил?
— Незачем, — признал я. — Просто как возможность на перспективу: мало ли, что будет в будущем — не лишняя.
Некрохрыч глубокомысленно покивал, да и потребовал перестать страдать хернёй в его дохлом обществе. А начать наслаждаться хернёй несколько иного типа, в обществе ином. Ну, в правоте не откажешь, так что понаслаждался.
А в предрассветный час некробудильник модели «Анас Фир» пробудил меня душевным тереблением. Я и направился в Гильдию: отделения зажопинск типа «Сейда Нин» не имел, но телепортер и обслуживающий персонал там обретался, видно, «на перспективу», которой для Сейды Нин я и не видел.
Сам городишка напомнил мне Хуул, в котором я впервые ступил на Вварденфелл. Разве что имперских строений побольше, ну и трущоб толковых нет, несколько десятков жителей неданмерского колёру.
А вот Листа то ли сделала вид, что не узнала, то ли нашла в рамках моего ранга в гильдии «неуместным» узнавать. Не представлялась, правда, но в остальном на наше прошлое знакомство даже намёка не было.
Обитала босмерка в небольшом особнячке, каменном, в имперском стиле, с несколькими юными и смазливыми… ну какими рабами, Акатош упаси! Добровольными дворецкими, у иллюзионистки-мозгокрута, угу.
Впрочем — дело не моё, а вот в обучении мы столкнулись с ожидаемой проблемой моей невосприимчивости к иллюзиям. Так что тренировались на кош… раб… в смысле одном из добровольно-принудительных. Цену за которого, если сломается, Листа мне озвучила с противным выражением лица. А сам вольный, свободный, мускулистый редгар на это радостно покивал, влюблённо пырясь на Листу. Ну, хоть слюнку не пустил — и то хорошо.
К некоторому моему облегчению, не пускал слюнку он и к полудню. Не могу сказать, что у меня дохрена получилось, но что-то получилось, что-то понял.
— Время, Рарил, — противным голосом озвучила босмерка. — Появляться можешь на рассвете, двадцать девять дней от сего. И я более дел со старой данмеркой иметь не желаю, — надменно озвучила она.
— Не старая данмерка, а почтеннейшая госпожа глава отделения Гильдии Магов города Балморы, Магистр Школ Изменения и Разрушения, Мастер-Волшебник Гильдии Магов провинции Морровинд, Танусея Валор, — ехидно поправил я.
— Да, — скупо уронила Листа.
А я, несколько обломанный, хотя и не слишком, телепортировал к нашему отделению. Фан с зачарованием, к старухе заглянуть. Дел — тьмущща.
36. Дух в борделе без наводнения
В общем, началось у меня плотное, чтоб его, обучение. Кошатины переквалифицировались в хищниц, чуть ли не волоком оттаскивающих «усталого господина Фира» на потрахаться. Ну и умные кошки, я их пару раз в каджитовскую забегаловку «враг поджелудочной» сводил, правда, сам там цинично дрых, пока кошатины трескали сладости.
Но в целом — результат и мне и некрохрычу скорее нравился, чем нет. Прям по-настоящему стал чувствовать не «играющим в мага впопуданцем», а магом на самом деле. И мана текла по моим жилам… да щаззз! Зелья, собственноручно сваренные, чтоб не загнуться и не свихнуться!
Ну да ладно, через месяц Листа послала меня куда подальше. Появилось время, так что, помимо обучения, я, наконец-то, смог приступить к практике. Причём занялся не проектом «духи в сферы» — это дело не быстрое, хотя, безусловно, нужное. Помощником мне должен был стать господин Анас Фир, в виде магической проекции многомудрого и многоумелого мага Рарила Фира.
Теребление Листы на эту самое проекцию привело как к пониманию, так и к некоторым занятным моментам. Например, проекция будет иметь мой внешний вид. Кроме того, по мере удаления от меня магический канал прямо пропорционально истончится. И, если в пределах десятка-полутора метров друг от друга мы с Анасом будем двумя полноценными магами, правда на одном канале подключения к обливиону (моём, как понятно), то на километре — Анас станет обычным призраком, плотным, но не имеющим никаких способностей. А дальше — вообще неплотным, сохраняя только образ.
При этом, моё благое желание обеспечить мертвечину плотскими удовольствиями в пределах километра вполне осуществимо… Только мне нужно было ОЧЕНЬ хорошо представлять, что я хочу сделать. При этом, я планы свои от Анаса скрывал — ну, раз уж скрывал всё время, то стоило делать это и сейчас. А эта дохлая скотина подло глумилась… Ну, будем честны: проявляла сочувствие и пыталась помочь потомку, с внезапно воспылавшей страстью к мужескому полу, причём, подчас, связанную с анатомическими рисунками и прочим. И умом-то понятно, что мертвечина меня не троллила, а проявляла заботу о психическом и физическом здоровье ценного меня. Но его нудные задушевные разговоры насчёт «купи раба посмазливее, да и помучить сможешь, только убивать не стоит — это несколько перебор выйдет. Хотя если хочется — то можно!»
Бесило, в общем. Но я — данмер волевой и самообладанием, так что посылал мертвечину с его заботой не дальше, чем на десять загибов за раз. Хотя хотелось материться без остановки.
В общем, затраханный этим мужеложеским, с оттенком гурятины, сочувствием я через неделю после завершения занятий у Листы решился. Послал Фана и Танусею в дали дальнее заранее, за день: мол, бедному заученному мало, что не насмерть Рарилу нужно денёк отдохнуть. Вечером, не без алхимии, отжарил кошек до невменяемости и вялого помахивания хвостами. И приятно, и отдых, и успокаивает.
Наутро закинулся набором алхимических зелий когнитивной направленности. Подстраховка, конечно, и допинг, но не помешает на первый раз. Потом, если всё выйдет, я и без них прекрасно смогу осуществлять изменённый и доработанный призыв духа предков. Однако, был этот вызов проработан только теоретически, хотя подробно и со всеми деталями. Так что надо, куда деваться. Поставил на стол несколько тарелок с любимой некрохрычом жратвой, бутылку его любимого пойла (а он просил время от времени, так что во вкусах мертвечины я прекрасно разбирался). Прикрыл глаза, чтоб ничего не отвлекало, напрягся и начал осуществлять очень ме-е-едленный, детальный призыв. Не давая инстинктивным навыкам перехватить контроль над призывом. Да и не призыв это был, как я понял уже в замедленном восприятии-формировании. А прошитая в какой-то из частей души программа вселения в созданное программой же магическое тело. Но моим планом это не мешало, а скорее помогало…
— И что ты натворил опять, безумный даэдра?! — возопил трагический, с замогильными реверберациями, но явно мой голос.
— Получилось, — довольно заключил я, открыв глаза.
По крайней мере, в части для меня — точно получилось. Напротив меня стоял полупрозрачный, сияющий голубоватым (а нехер мне мужиками мозг сношать было!) призрак Рарила Фира. С редкостно наглой, данмерской мордой — красавчег, в общем. Только призрачный.
Напряжённое «видеть магию» показывало, что магичить этот конструкт сможет. Так что помощником я обзавёлся точно, но это подождёт. Сейчас проверка номер два.
— Что «получилось», долбаный…
— В зеркало взгляни.
— Ээээ… это я?!
— Нет, это я, — ехидно ответил я. — Ты — магическая проекция Рарила Фира, для всех окружающих. Рожа… ну тут ничего не поделаешь.
— Нормальная рожа, — растерянно пырился в зеркало, ощупывая нормальную рожу Анас. — Я, в целом, примерно таким и был… Так вот что за обрывки безумных мыслей до меня доносились! А ты скрывал, выходит?