— По твоим урокам, — кивнул я. — Правда, хреново скрывал, раз доносились.
— Нормально, для такого безумного и неуважительного щен… — начал было Анас, посмотрел на себя в зеркало ещё один раз, прервался и страдальчески закончил, — талантливого мага. Неуважительного и безумного! Но талантливого, даэдра тебя… В общем — удивил.
— Жратву видишь?
— И тлеющее вино вижу. Даже испытываю некоторую благодарность — ты, выходит, запомнил…
— Попробуй съесть.
— Издева… — начал возмущаться мертвечина.
— Жри давай! — начал возмущаться я.
— Распустился… И издевается ещё, — забормотал некрохрыч в моём обличье, с некоторой надеждой цапнув отбивную никс-гончей.
И сожрал. Причём рожа его исказилась в такой блаженной гримасе, что слов было не нужно.
— Это… — с трудом прочавкал он.
— Приятного аппетита, в общем.
— Угумс, — последовал чавкающе-булькающий ответ уничтожающего провиант и запивающего это винищем Анаса.
А я наблюдал за процессом поглощения. По сути, конструкт действовал по сложному ритуалу иллюзии-колдовства, где пища приносилась в жертву, отдавая «вкус» вселённой душе. Что занятно, Анас транслировал вкус мне, весьма ослабленно, но ощутимо. И если его ощущения — аналог от моих, можно только посочувствовать его бледному, в самом прямом смысле, бытию до этого момента.
— Это… Спасибо, Рарил, — аж слегка поклонился мертвечина, смолотив еду за пару минут.
— Не за что. Маг ты и так, это вижу. Будешь помогать в обучении и исследованиях.
— Само собой, — сформировав в руке призванный столовый нож расплылся в улыбке некрохрыч.
— Этап проверки два: мысленная связь, — отмыслил я некрохрычу.
— Работает всё, — раздался его ответ в голове.
— Полёт и проникновение сквозь плотные предметы.
— Работает, но чуть тяжелее, по ощущениям, — через полминуты проверок отадмиральствовал Анас — я как бэ видел.
— Так, это я молодец, — похвалил я себя, на что мертвечина с пугающей готовностью кивнула. — И, наконец, последняя проверка. Член потереби.
— Какой? — подозрительно уставился на меня Анас.
— Мой, — огрызнулся я.
— Вот ты… но это даже лестно. Хотя так использовать духа предков… но за такое… — забормотала мертвечина, надвигаяясь на меня с похабными намереньями.
— Стоять! Охренел? В призрачном теле, потереби СВОЙ член, похотливая дохлятина!!! Одежда сниматься должна, — чуть спокойнее уточнил я.
— Работает! Я чувствую, Рарил!
— Да отвали от меня, извращенец дохлый! — вопил обнимаемый призраком с эрегированным писюном я. — И не трись об меня елдой, чтоб тебя! Об баб трись!
— Ааа… Каджитки! — засиял знакомым алым светом глаз наглый некрохрыч.
— Мои! — возмутился я.
— Так мы же… Ну Рарил! — заныл мертвичина, подпрыгивая и размахивая писюном.
— Идите, уважаемый Анас Фир, в бордель, — чопорно ответствовал я.
— А-а-а…
— Ну я тебя сейчас развею, а там призову. Отрывайся. И не размахивай передо мной членом, извращуга!
— Так ты…. понял, — заржал мертвечина. — Довольно трогательно, Рарил. Хотя с каджитками — глупо. Они рабыни и…
— Не глупо, но это потом обсудим, — отрезал я. — Всё, скоро будем в борделе. Там что делать — разберёшься, не маленький. А потом поговорим.
После чего поскакал я в близлежащий бордель. Дорогу я в него не забыл, хотя с момента появления Вами и Васами ходить туда перестал, кошатины полностью перекрывали все мои «нужды половые». Блин, не учёл желание «опробовать» Анаса, а он… Хотя, со своей колокольни, он ничего неправильного и не собирался сделать, но после «тест-драйва» надо бы и эту тему поднять, сделал себе зарубку я.
Ну и ввалился в бордель — типично данмерское здание. С широкой прихожей-лестничной площадкой установленной низненькими диванчиками, стойкой маман.
— А, господин Фир, — расплылась в искренней улыбке (ну а что — дамочка ЯВНО и однозначно любила деньги и искренне радовалась моему появлению, сулящему их прибыток). — Давненько вы не захаживали. Девочку? Двух? Или что-то поинтереснее? — похабно подмигнула пухленькая имперка в возрасте, занимавшая должность управительницы дома досуга полового.
— Поинтереснее, — кивком поприветствовал служительницу Сангвина (или Боэтии — последний принц тоже жёг коитусом, «В постели с Боэтой» гарантирует это). — Я ставлю магический эксперимент…
— Прошу прощения, что перебиваю, господин Фир, но за увечья девочек придётся платить… Или устранить их бесследно, ваша магическая мощь же это позволит? — полуспросила-полуутвердила имперка, смотря на гильдейскую брошь. — Смерть их вообще неприемлема, — решительно помотала она головой.
Ну, скорее заслуживает одобрения, чем гнева, логично заключил я, кивнул на спич маман и ответил:
— Эксперимент не поставит под угрозу их жизнь, да и, скорее всего — здоровье. Последствия же будут скомпенсированы и устранены.
— Прекрасно, господин Фир, — расплылоась в златолюбивой улыбочке маман. — Так что же вам угодно?
— Мне угодно, чтобы мою магическую проекцию обслужили… — задумался я. — Пять девиц. Альтмерка, данмерка, аргонианка и каджитка. И нордка, сиронордка, бретонка или редгардка — неважно. Стройные, умелые, не слишком старые. Все вместе и сразу.
— Какой… интересный заказ, господин Фир! — с искренним удивлением и толикой уважения уставилась на меня бордель-маман. — Я не слишком разбираюсь в магии, — врала, как дышала пухлая, — но магическая проекция имеет с вами связь, но не скована ограничениями плоти, да и телесна лишь частично?
— Всем бы членам Магической Гильдии ТАК не разбираться в магии, госпожа Паулина, — наконец, припомнил я имечко имперки.
Довольно ироничное, почему в своё время обратил внимание: имя «маленькая» чертовски подходило высокой, одного со мной роста, дородной и сисястой дамочке с избытком веса.
— В целом вы правы, — продолжил я.
— Какой замечательный и интересный эксперимент! — заколыхала избытком веса бордель-маман, помимо денег, видно, любящая и своё дело. — Я даже предоставлю вам скидку, господин Рарил! А сами вы поспособствуете своей проекции?
— Я, ради чистоты эксперимента, подожду здесь, — указал я на низенькие диванчики.
На круглой физиономии маман на секунду промелькнуло желание втюхать мне ещё одну или парочку шлюх, но дамочка, видно, и вправду была энтузиасткой, поскольку помотала брылями на свои мысли и с пониманием кивнула.
— Как вам будет удобно, господин Фир. Девочки прибудут буквально через минуту.
А я тем временем призвал некрохрыча в призрачной плоти, который появился с очень похабной улыбкой и горящими глазами. Поблагодарил меня кивком за «ассортимент» и чуть ли не выкатил язык на шлюх, прибывающих вслед за вернувшейся маман. Та бегло указала на клиента, повелела «расстарайтесь, девочки», причём уже вслед подталкиваемыми подпрыгивающим Анасом девицам.
Минут пять мы посидели, и тут сверху раздался вскрик, женский, и не боли, причём стал ритмично повторяться.
— Я взгляну, господин Рарил? — вопросительно уставилась на меня маман.
— Интересно, понимаю. Взгляните, я не против, — бросил я, борясь с некоторыми физиологическими проявлениями.
Дело в том, что связь между мной и Анасом (ну или именно этой проекцией, что вряд ли) оказалась полноценно двусторонней. И до меня доносились не только отголоски вкуса, но и другие отголоски. Причём явно ярче, чем пищевые, хотя и не дотягивающие до настоящих. Вот только на эрекцию это не влияло.
Маман тем временем поднялась, а вернулась через пять минут, поправляя некоторый беспорядок в гардеробе.
— Девочки в восторге, им очень нравится, — сообщила она. — Мне — тоже, господин Фир, — интимно понизила голос она. — Впрочем, вы же всё видели и чувствовали, — изобразила из себя смущашку матрона бордельных дел.
Это Анас жжёт, чуть не заржал я. И её отжарил, молодец такой.
— А ваш член не нуждается в умелых ласках? Если хотите, могу принять семя тут, — выдала маман, указывая на заметные проявления: я в борьбе с физиологией проигрывал, причём это было заметно.