Некрохрыч, закалённый смертью (и, подозреваю — скампами), столь сильно травмирован не был, просто приподнял бровь и взирал на спасённого то ли как на шалка, то ли на идиота. Впрочем, в оценочной шкале Анаса, данмеров (да и меня, в общем) ценность этих двух биологических объектов была примерно наравне.
— Почтенный и уважаемый некромант, я… — зачастило это недоразумение.
— Я — не некромант, — решил расставить я все точки над «ё» сразу.
А то начнут слухи распускать и прочее. В принципе — не страшно. Некрохрыч протоплазму рвёт, что ежели через него — чёрта с два кто что узнает, что, кстати, довольно удобно и перспективно, невзирая на мероедские потери энергии при передаче.
Но дело в том, что ряд индивидов различной неуважаемости, от поклонников Азуры и Меридии до Ординаторов и простых ве-е-е-рующих — могут не заморочиться проверкой. А попробовать стукнуть втихаря чем-нибудь тяжёлым, причём даже очень неудачно. В смысле, попасть по мне. Так что лучше славу некроманта, вне зависимости от благословлённости, не заводить.
— Аааа? — проблеял спасённый, пуча глаза.
— Маг Гильдии, — потыкал я в брошь, для слепошарых и береткой по глазам прихлопнутых.
— Ага. Аааа? — продолжил упражняться в криптословии дядька.
— Иллюзии. Магическая проекция, — тыкнул я в Анаса, после чего возмутился. — Я ещё и отчитываться перед тобой должен?!
— Не должны, ваше магичество, конечно, не должны! — всполошился недопострадавший. — Позвольте представится: Эрер Гулс, скромный купец под сенью Великого Дома Хаалу.
— Рарил Фир, Магическая Гильдия Морровинда, — кратко представился я.
— Ааа…
— Бэээ! — возмутилась моя информированность, посвящённая в тайну не только второй, но и третьей и даже четвёртой буквы алфавита. — Давай, Эрер, говори, чем меня хочешь вознаградить за неоценимую помощь в сохранении своей жизни и имущества, давай это сюда — и я пошёл. Время вечернее, у меня дел невпроворот.
Выдавая этот куртуазный спич, я любовался выглянувшими в окна дома-телеги женскими мордашками: пара данмерок, постарше и помладше, похожи друг на друга, скорее всего — мать и дочь. И пара человечек средних лет нечёткой расовой принадлежности, то ли служанки, то ли рабыни.
— Ваше магичество, вознаградить… оно конечно… — заспотыкался дядька, до которого, похоже, только что дошла мысль, что вообще-то — он мне немного задолжал. — Полсотни… — начал он, после чего я стал смотреть на купца как энтомолог, а Анас — как увлечённый паталогоанатом.
Сражённый этим дуплетом взглядов купец закашлялся, аж снял свою беретку (что сделал, к слову говоря, очень правильно — вытирая этим тканым блином морду лица, он хоть выглядел, как данмер, а не придурок с кандибобером), закатил глазёнки, пошевелил ушами (из окна раздался шипящий женский голос «совсем сдурел, недоумок!»).
— Сотня дрейков вас устроит, ваше магичество? — с надеждой уставился он на меня.
— Нет, конечно, — хмыкнул я. — Но сойдёт, в принципе, — признал, в общем-то, не жадный данмер я.
Просто сам факт предложения полтинника за спасение имущества, здоровья, а возможно, и жизни купца и его спутников (семьи и служанок-рабынь, как я мысленно определил для себя) — ну как бы немножко перебор. Денежка у меня вроде и есть, вроде и немаленькая, но…
Но всё упирается в потребности. Если бы я хотел бы жить, например, как Педра на тростниковой плантации, в окружении кучи смазливых рабынь, то деньжищ у меня бы хватило с запасом. Но это как-то… Да банально неинтересно. Открыть глаза в магическом Мире, да и стать сибаритствующим мещанином… Фу таким быть, в общем. К подвигам меня особо не тянет, но исследования, магия (которая, в потенциале, сможет мне и биологическое бессмертие дать, так что баб-с всяких-разных я мало того, что поимею больше сибаритствующего недоумка, так ещё и жить буду интересно и со смыслом, в отличие от него) да и вообще — занятие в жизни чем-то, кроме пожрать-потрахаться — вещь, лично мне необходимая, выходит. Личностно, такой вот я замечательный и развитый.
Тем временем, услышав моё согласие, Эрер засеменил в свою телегу, чуть не ввергнув меня в пучины гогота и челодлани вторично. Дело в том, что с фасада купчины его модная обёртка… Ну, в общем: тонкие, обтянутые колготами ножки, и дутая, округлая филейная часть штанцов. Внутре у неё был какой-то каракас, потому что данмер до такой жопы при всём желании не разожрётся, ну и к чему он крепился — непонятно. Но это лютейшая округлая жопа на тонких ножках повиливала при каждом шаге. Еле удержался от тыканья пальцем и неприличного ржача, но удержался.
— Сотня, Рарил? — уточнил мыслепосылом Анас.
— Примерные расценки Гильдии Бойцов. Всё же мы не целенаправленно спасали этого клоуна. Больше с него требовать смысла нет, всё же мы не бедствуем. Меньше — оскорбительно, — отметил я, под согласный кивок некрохрыча.
— Да, так и выходит. Хотя можно было бы… — кивнул он на телегу.
— Ну больше у него денег, и даэдра с ним, Анас.
— Да я не про деньги, — похабно поиграл бровками некрохрыч.
— Не, неохота, — признал я, прислушавшись к внутренним ощущениям.
Вообще, что дочка, что жена этого купца были весьма неплохи. Хотя нужно отметить, что это уже точно данмерски-физиологическая оценка. На взгляд человека Земли — они если не уродливы, то очень «чужеродны» на вид. И секс с такими выглядит, в старой оценочной шкале, даже большей ксенофилией, чем невинные развлечения с каджитками и аргонианками. Зона зловещей долины или что-то такое: СЛИШКОМ похожи, но в то же время НЕ ТАКИЕ.
Но тут уже вопрос некоторой моей внутренней порядочности, для самого себя. Причём если дочку я бы, возможно, и отжарил. То с женой как-то совсем по-свински. Да и вопрос условной верности Ранис, довольно забавный с учётом кошатин, но, всё же, в определённом смысле меня волновал. Довольно глупо, если разобраться, но определённые сформированные нормы были, ну и нарушать их без веской причины у меня желания не было.
Ну а в условиях наличия моих тёплых домашних кисок, которым секс со мной, в общем-то, в радость — на кой болт мне наносить своей тонкой душевной организации лёгкий дискомфорт посторонними бабами?
— Моралист, а такой молодой, — посетовал ехидный Анас.
— Развратник, а такой дохлый, — посетовал ехидный я, после чего мы обменялись кивками.
А из телеги выковырился купчина, держа в своих тоненьких лапках (нормальных, но шмотьё… не могу блин, проржусь я скоро, смотреть на это надругательство!) кошель. Поклонился, протянул мне, я цапнул, а он, паразит такой, не отпускает!
— Не понял! — возмутился я. — Деньги давай!
— Буквально секундочку, ваше магичество! — выпучил глаза купчина, но кошель держал, жмот такой! — А вы не хотите получить несколько большую сумму?
Блин, неохота-то как… К кошкам охота, поохотиться на них с закономерным итогом, отдохнуть, да и делами заняться. Послать что ли, вопросительно взглянул я на Анаса.
— Вопрос времени, на мой взгляд. Ты положил неделю на охоту за бандитами, Рарил. Вероятность поймать их, сопровождая это недоразумение — выше, чем метаться наудачу, — рассудительно отмыслил мертвечина.
— У нас, вообще-то, души есть, — напомнил я, но сам же признал. — Но проектов до чёрта, лишними не будут.
— Вот именно. Так что если до безопасного места не больше трёх дней — я бы согласился, — выдал Анас, строя глазки купеческой супружнице.
— Вот ты охальник, — то ли возмутился, то ли восхитился я.
— Ну а почему нет? Шлюхи надоедают, послушные, умелые, но… — недоговорил, но, в общем, понятно объяснил мертвечина.
— Дорожных приключений возжелалось на дохлости лет, — посетовал я. — Ладно, делай что хочешь, а я к кошкам… Блин!
— Ну, можно со мной, или дочкой займись, — барственно предложила дохлятина.
— Вот скотина ты всё-таки, Анас, — оценил я. — Ну да ладно, — мысленно махнул рукой я, ну и в голос поинтересовался у купца: — Докуда вы добираетесь-то?
— А вы поняли, ваша магичность? — удивился купец.