В общем, ладно, когда-нибудь займусь. Но главное — у Фьола был продажный «походный набор» свитков для магов гильдии, часть которых я прикупил «про запас». Не в плане использования — если что, можно ещё прикупить. А в плане рассмотреть такие занятные воздействия, как Восстановление Жизни — натуральная регенерация, вплоть до отращивания конечностей! Положим, у Фьола было только малое Восстановление, полпальца там отрастить, да и то потенциально, но сам факт! А кроме этого: противоядие, сопротивление как раз физическим, а не магическим эффектам. В общем, очень такая интересная и полезная магия.
Ну да ладно, главное — взял я Пёрышек, десяток самых грошовых, десяток на дрейк. И, наложив на свою важную и ценную персону, сиганул с тридцатиметровой высоты, мысленно посулил неминучий звиздец Фьолу, если помру. А Анас добавит.
Снижение массы было гарантированно на 95 %, на две минуты, чего в общем — более, чем хватало, но я умудрился чуть не убиться.
Дело вот в чём: мне, блин, было страшновато! А обливионщина завязана на всякое волежелание… в общем, похоже, активируя свиток, я немножечко перестарался. Ну и некоторое, пусть теоретическое, понимание, что такое «масса» и «вес» сказалось. А вот время действия колдунства — ограничено, свитки дешёвые…
При этом, меня мотыляет слабым ветерком на высоте метров тридцати, блин! То есть, с 95 % всё понятно и замечательно. Мне, по сути, надо поймать ногами упавший семикилограммовый кусок поролона, который я с точки зрения окружающих условий и был. Ничего сложного и опасного. Но вот то, что я эту массу обнулю явно больше положенного, никто не учёл. И если бы не судорожная попытка увеличить массу, я бы мог её полноценно обрести, на этой самой, тридцатиметровой высоте!
Но попытка была, мать-сыра-земля меня успешно притянула, и даже звезданула по ногам явно почувствительнее предполагаемых пяти процентов. Я немножечко подышал, подковылял к обочине, присел, вызвал некрохрыча.
— Ты чего это расселся, Рарил? — полюбопытствовала дохлятина. — И последние секунды ты думал столько мата, что я даже удивлён.
— Да я тут чуть не гробанулся, немножечко, — ответил я, приходя в себя.
Ну и озвучил некрохрычу историю «как Рарил со силт-страйдера спускался». Анас побултыхался, пару раз выматерился, после чего безапелляционно заявил:
— Пёрышко тебе надо выучить самому, либо пользоваться готовым зачарованием. В остальном — в Изменение не ЛЕЗЬ! — замогильно провыл он. — Гробанёшся, как дурак, что мне тогда делать?!
— Я, вообще-то, про то же. И лучше выучить, хоть понять-почувствовать, а то страшно, блин, — признал я.
— Ну в принципе — верно. Ладно, ты там как, оклемался? — участливо поинтересовалась мертвечина. — У тебя пяток склянок, которые восстановление магической силы — довольно действенный седатив.
— Чегось? — немножко офигел я. — Транквилизатор?!
— Ну да, взаимодействие с обливионом вызывает сильное нервное истощение, — кивнул Анас.
— Кажется, я понял, почему боевых магов мало. Если вечно под транками, — хмыкнул я. — Это очень редко кто не будет тормозить.
— В общем — «да», один из факторов, возможно, и немаловажный, — подумав, признал мертвечина.
— Так, ладно, я вроде в себя пришёл. Стрёмно, блин! А вот когда в бою — не так, — вздохнул я, поднимаясь на ноги.
— А это беспомощность, Рарил. Самое страшное магу и вообще — разумному. В бою опасность повыше, но ты знаешь и понимаешь, что можешь сделать. А там, — мотнул он черепушкой в небо Нирна, — ты боялся именно того, что ничего не сможешь сделать.
— И того, что в лепёшку расшибусь.
— И этого, но от беспомощности, — подытожил мертвечина. — Идёшь?
— Иду, — кивнул более-менее собранный я.
И транки жрать не стал — вампирюги, даже по славам Анаса, в разы быстрее обычного мера. Мне ещё тормозить не хватало!
Анас стал бултыхаться в округе, высматривая опасность, а я потопал в сторону побережья. Болота, как таковые, были болотами весьма условно: просто повышенная влажность от кучи ручьёв. И, через полчаса, на удивление без приключений, вышел на край здоровенного поля, длящегося до самого побережья. Рос на этом поле тростник-тростником, мясистый такой, но пребывающий в заметном небрежении. Три типа в броне и при оружии, очевидно — ребята из Гильдии Бойцов, кисло переговаривались друг с другом и топали в мою сторону. И редкие аргониане невнятных полов (хрен что по макушке, из тростника торчащей, определишь) рабствовали на поле. Рыл пять, не больше, ну и как-то особой бодрости я от них не заметил.
— Маг? — спросил меня один из троицы, редгар-негром.
Вообще, судя по рабовладельческим Вувара и данмерологическим анасовым рассказам, ну и мной прочитанному, выходила с редгарами довольно занятная картина. На Вварденфелле редгары бы были вполне востребованы в качестве рабочей силы: они тусуются в пустыне, причём, в отличие от кошколюдей, ведут дневную жизнь. Но данные папуасы хамски не порабощались, обладая достаточно развитой цивилизацией и свободолюбивым и агрессивным нравом. В общем, вне своего Хаммерфелла эти неправильно (в отличие от правильных нас) черножопые были, в основном, бойцами-наемниками.
Парочка на подпевках, из пары данмеров, просто молчала, а я не мог не проявить свойственные мне замечательные черты. А именно, молча, с очень ехидным выражением на морде, тыкал в медную брошку на своей жилетке.
— Ну, мало ли, — кивнул на указанное редгар. — Достал этот упырь, сил нет! И аргониане эти тупые, — сплюнул он под кивки данмеров.
— Тут точно вампир? — уточнил я.
Ну мало ли, может, есть какие-то данные полезные, ещё что. Так-то у меня была только экстраполяция наших с Анасом мудрых мыслей.
— А некому больше. Матёрый, с-с-сука, — прошипел редгар.
— А по какому признаку вы это определили? — несколько напрягся я.
— А не появляется, скотина. Пять лиг окрест прочесали, с артефактами — нет в округе живых мертвецов. И ночью дежурили! А эти придурки пропадают. Значит, он захватывает их разум, не приближаясь, — подытожил он.
— Совершенно не факт, Рарил, — слышимо только мне прошелестел мертвечина. — То есть не факт, что матёрый. Сильный иллюзионист — может быть, но «матёрый» не стал бы сидеть в этой дыре. А скорее, был бы в клане, либо жил бы в городе.
— Но может быть, есть причина, — отмыслил я.
— Понятно, благодарю, — кивнул я троице. — Посмотрю-причувствуюсь и навещу Индреля Венду. Он там? — махнул я лапой на довольно комично выглядящее жильё.
Комичность заключалась в том, что округлые, серо-зеленоватые, ворота в данмерском стиле были пришпандорены не к дому, а к зелёному невысокому холму практически в центре плантации. Ну и такой, хоббичий видок выходил, забавный.
— Там. Нажирается с горя. Хотя, ещё утро: должен быть в сознании, а может и со вчерашнего не проснулся, — задумчиво озвучил редгар.
Ну и отошёл я в сторонку, напряг «виденье всего» и стал мысленно совещаться с мертвечиной.
— Так, ну что тут вампир — они не сомневаются. Но его никто не видел, — определил я. — Теоретически это может быть ещё какая-то гадость?
— Нет, — отрезал Анас. — Не встречал и не слышал о чём-то таком. Заметь, убивает медленно, уходят они сами… Нет, нет никого из чудовищ и даэдра любых типов, чтоб так себя вел.
— А конкурент с нанятым иллюзионистом… хотя нет, рабы мертвы. И даже если он работает «под» вампира — растягивать на такой срок…
— Кстати, может. Правильная месть, разрушающая благосостояние и дело всей жизни, притом находясь вне подозрений, — мечтательно протянул некрохрыч. — Но очень вряд ли, Рарил, — подытожил он. — Такая вкусная месть — признак давней, на поколения, вражды. Великих Домов… Ну в общем — «нет». Столь маловероятно, что можно и не рассматривать как вариант.
— В принципе, и вампир может мстить, кстати.
— То же самое, Рарил: не та величина владелец огорода болотного тростника. И это не столь важно. А важно нам найти этого выкормыша Бала. И прикончить.
— Так, день у нас есть, — прикинул я. — Значит, узнаем про окрестные закутки и проверим их.