А если убежусь, что неосуществимо — то и сам забуду. Ну, неприятно, но удовольствие получает, новое узнаёт. В общем, живёт как-то своей нежизнью и не жалуется.
В общем, поговорили, обсудили. Сошлись, что чертовски мне с этой старухой повезло. И с Ранис — Анас, в общем-то, против не был абсолютно.
— Это — ПРАВИЛЬНО. И достойно данмера, — кивал он черепушкой. — Но Рарил, ТЫ ОБЕЩАЛ!!! — загробно провыла похотливая дохлятина, сияя аццким пламенем глазниц.
— А я что — отказываюсь? — хмыкнул я. — Да схожу я на этот рынок дурацкий, ознакомлюсь с ассортиментом и затоварюсь, как и обещал. Мне на алхимика-зачарователя забить? — осведомился я. — Как ваша дохлость изволит, — раболепно поклонился я.
— Ты… хррррыыы… Вот ты сволочь, Рарил, — выдал Анас так, что мне даже немного стало его жалко… а нет, показалось — это желудок напомнил, что кушать надо вовремя. — Иди уж, учись.
— Пожру сначала.
— И вина из пепельного винограда! И седло никс гончей под яйцом квама-воина! — наглел некрохрыч.
— Нууу… Ладно, схожу в кабак подороже, уговорил, — кивнул я.
— Вот и иди, — с видом обиженной вселенски мертвечины выдал Анас и развеялся.
Перекусил, не без удовольствия, кстати — реально вкусно. Ну и вечерком завалился в Гильдию, знакомиться с этим мастером Фаном Илмерсом. Последний, как я понял, практически не покидал своей обширной мастерской, освещённой раскидистым… ну, по сути, деревом. То есть те же шары, как обычно, использовались для освещения, но на стволе с ветвями, и их дохрена. Настолько дохрена, что под деревом были какие-то грядки в ящиках, в которых росли ингредиенты.
Ну и ещё занятной деталью данного персонажа было то, что был это орсимер. Точнее орк, но общего отношения к оркам я не разделял, зверолюдьми не считал. Хотя поклонение могущественной какашке как богу… Блин, главное — это «могущественная какашка» при орсимерах не ляпнуть. А то обидеться могут, а здоровые, паразиты! Не столько дылды, сколько перекачанные, зелёного цвета, с лютыми клычищами и практически отсутствующим носом качки.
— Рарил Фир? — прорычал орчина, ковыряя своими лапищами что-то на столе.
— Да.
— Жду. Что знаешь? — бросил он, не отрываясь от выбирания из какой-то нужной пакости на тарелке пакости ненужной, щипчиками совершенно ювелирного вида.
Вот на вид — его когтистыми лапами только шеи сворачивать и глотки рвать! А вот нет, очень так аккуратно и умело работает. Занятно, оценил я.
— Ничего! — гордо отрапортовал я.
На что орчина оторвался от своего занятия и пристально уставился на мою стоящую с видом лихим и придурковатым (Ну и немного ехидным. Данмер я или погулять вышел?!) персону.
— Это неплохо, — после разглядывания покивал он. — А что хочешь знать?
— Всё, — честно ответил я.
— Это — даже замечательно. Иди сюда, будем разбираться, насколько твои желания соответствуют твоим возможностям, — озвучил орчина, делая приглашающий к столу жест лапищей.
Я и потопал. И начал я разбираться потихоньку, что это всё за буйня, эта алхимия и зачарования. А Илмерс стал разбираться потихоньку, что за буйня этот Рарил Фир.
25. Куклачёвщина
И, по мере разговора и знакомства со всякой алхимической приборщиной, выходило, что алхимия буйня не просто. А колдунская буйня, такой вот парадокс. Вот я, гоняя в свитки, каждый раз ржал, с различной степенью неприличности, на тему того, что герой, извиняюсь, жрёт всякую гадость. Ну бред же, очевидный! Алхимии, как магической школе, тыщи лет, даже встречались редкие рецепты в игре, на тему какую фигню добавить в какую хренотень. Ну и логично списывал я всё это на «игровую условность».
Которых, нужно признать, оказалась дохренища: от алхимических инструментов, которых оказалось не три, а сто тридцать три (ну, где-то в этих пределах), разных типов, видов, обливионности. До алхимических (магических, по сути) свойств ингредиентов, которых тоже дохренища, а не три-четыре, как в игрушке.
Но вот тот самый, неизменно веселящий меня момент с пожиранием ингредиентов был условностью по ФОРМЕ. И… необходимостью по сути. Если ты не алхимик «для продажи», что было, по сути, отдельным направлением. Итак, формула: «Алхимия работает на принимающего силами принимающего» работала на все сто. Редчайшие и уникальнейшие (и дорогущие!) ингредиенты, самостоятельно оказывающие на принимающего влияние — их единицы, на весь Нирн, без преувеличения.
А вот разница в магических «оттенках» — чудовищная. Даже у не магичащих разумных: место рождения, созвездия, амулеты, носимые всю жизнь…
В общем, есть некий «шаблон подключения разумного к планам Обливиона». Базовый и основной, одинаковый для всех известных видов, включая вомперов, оборотней и прочую пакость. Как трындел орчина, этот «базовый набор» определяет собственно понятие «разумный». И все универсальные зелья действуют только на этот шаблон. До девяти десятых ингредиентов и воздействий идёт в таком универсальном зелье на нивелирование возможных побочных эффектов.
Которых в зелье «неуниверсальном» — тьмуща. То есть, тип, вид, степень и глубина подключения к различным планам обливионщины напрямую влияет на итоговый эффект. И игровой персонаж, жрущий ингредиенты… нормально. Потому что токсичность и прочая фигня нивелируется простейшими свитками Восстановления, ну или прямым магическим воздействием. А вот что сделает ингредиент с разумным — вариабельно. На некромага — одно действие, на разрушителя — второе. А на рыжего — комплексное воздействие первых двух, как пример.
В общем — мозгосносительная, чисто экспериментальная наука. Хотя в мастерской Фана жрать пакость не пришлось — был у него приборина, выдающий оценку «как, куда и чего» подействует на проверяемого. На шести великих камнях душ, на минуточку!
Методов подготовки, смешивания, варки и прочего подобного ингредиентов было десять: Кальцинация, Коагуляция, Фиксация, Растворение, Варка, Дистилляция, Сублимация, Сепарация, Размягчение, Ферментация. Каждый был важен, применим в определённых условиях, для индивидуального зелья рассчитывался отдельно… Ум за разум, в общем, заходил от всего этого.
Впрочем, бумажка и стило помогали. И, имея данные — не так уж сложно. Хотя для занятий алхимией «для себя» — нужна тьмуща таблиц, да ещё проверка и перепроверка. Стал ты более сильным магом, усилилась связь с планом, ну я не знаю, да того же огня. И, внезапно, свойство, которое было побоку, всплыло. Да ещё и синергировало со свойством другого ингридиента, о котором и вспоминать в данной конфигурации зелья никто не будет. И вместо зелья увеличения физической силы получишь зелья сатириаза. И это если ОЧЕНЬ повезёт. Причём вчера его хлебал и гирями жонглировал, а сегодня — хер стоит, а глаза видят цель в любой дырке, вне зависимости от пола, возраста, биологического царства, одушевлённости…
Ну это орчина как комический пример приводил, хотя ни хрена не смешно, вообще-то.
В итоге, в результате шестичасовой возни, обогащения своего лексикона обсценщиной орсимеров (затейливая такая, надо признать), парой слабых ожогов и состояния перманентного фалломорфирования, я стал обладателем собственноручно изготовленного «слабого зелья магии», которое на самом деле — релаксант магической требухи, но вот мой образец не нёс седативного на мозги эффекта.
— Дерьмово, — задумчиво оценил Фан, разглядывая склянку на просвет и анализируя в круге. — Часть свойств утрачена…
— А они мне нахрен не нужны. Я их специально утратил, — отметил я.
— Да?
— Да!
— Придурок!
— Сами вы, почтенный мастер… Хотя да, учитывая при ком я нахожусь, — смерил я орчину взглядом, — Данное определение удивительно точно отражает мой статус, на момент пребывания в вашей мастерской, — лаконично отпарировал я хамский и многословный наезд.