— Перебить подключение, — высказал я, на что Анас кивнул. — По сути — храм возвести.
— Или святилище, или молельню, или жертвенник. Да сильный артефакт, привязанный к Принцу, в землю воткнуть.
— Это хорошо, но у меня такого нет. И через разлом будут переть даэдра с «перебившего» плана.
— Ну, если там поставить кумирню этой троицы — не будут. А если Скуумного Кота…
— Это даже не смешно, — отмахнулся я.
— Ну если со стороны — то забавно может выйти. Хотя лучше в этот момент быть не на Вварденфелле…
— И вообще не на Нирне, — отрезал я, на что некрохрыч, подумав, кивнул.
— Так, с естественно природным прорывом мы нихрена не сделаем, хоть ты на зверушках оторвёшся…
— Мерзким и поганым тварям! И да, оторвусь и это неплохо!
— Угу. А какие ещё варианты?
— Ну смотри сам, Рарил: истончение границы, прорыв обливиона. Ни маги, ни святоши причины не выявили. Если не природное, то разве что именной артефакт какого-нибудь из Принцев. Ваббаджек там на чердаке лежит, например, тьфу на него!
— Тьфу, — согласился я, нахрен артефакты даэдры безумия и шуточек. — И его не заметили?
— Слабосилки?
— Так он фонить… хотя ни черта не должен. Там вообще паразитных потерь нет, — дошло до меня.
— Угу, созданные принцами артефакты — ни даэдра ты не почуешь, пока не активированы. А ту же грань могут истончать самим фактом своего присутствия, давлением с ТОЙ стороны.
— А ты заметишь? — уточнил я.
— Я — замечу, — важно покивал Анас. — И естественный пролом определю, если что. В общем — расслабься, Рарил, и займись своими кошками. Проблем с этим не будет.
Вот как бы не накаркал, старых хрыч, мимоходом подумал я, направляясь исполнять тяжёлые обязанности дона Педры, Куклачёва по совместительству.
27. Величайшая Достопримечательность
Наутро я решил фигнёй не страдать (хотя очень хотелось, и не только фигнёй), а направится в Кальдеру и посмотреть, а чего енто у них там за нашествие скампов. Собрался и поперся в отделение гильдии.
И, наконец, я познакомился с телепортером нашего отделения. Ну и мистик в округе где-то на заднем плане копошился. Точнее, копошился какой-то старый бретон с относительно молодой бретонкой, ученицей, как я понял.
Данные кадры были довольно слабы как маги, что отчётливо проглядывалось в «видеть магию». Впрочем, на это прямо указывали как прочитанные книги, так и рассказы: проводники Гильдии были заняты поддержанием работоспособности уникальных артефактов, заданием направления телепортации… и всё. Занятие довольно ответственное, при всех прочих равных. Но очень рутинное, не способствующее развитию как мага.
Если бы не ответственность, я бы даже поржал, на тему: есть куча низкоранговых магов, подчас — нуждающихся в деньгах. Сидели бы смену у телепортера, книжки читали, да денежку какую-никакую зарабатывали, оболтусы. Однако ответственность была очень немалой. А главное — нужна была отменная, отточенная мистическая зоркость. Что даэдраическому мне досталось в силу «многих знаний и соответствующих печалей». Вообще, по разбору полётов, что за буйню я натворил в «видеть магию», я выдернул из бородки несколько волосков, а Анас — безуспешно пытался ободрать лысый череп. Пытался безуспешно, но прилагал очевидные и немалые усилия.
В общем, я себе чуть нахер не сжёг биологический мозг этим «видеть магию», которая увидела практически всё, что мог представить я и моё здоровое подсознание. Ну а магическая требуха моего замечательного организма, немножко охренев от творящейся звиздецомы, выдала мне чуть ли не пиковую чувствительность. Только записки от неё не хватало: «Дорогой Рарил! Вот тебе вообще всё и сразу, из того, что я могу и даже немного сверху. Только ПОЖАЛУЙСТА, не твори больше подобную буйню! Убьёшся же, придурок криводумный!»
Ну в общем, ладно, всё, что не убивает, делает нас сильнее. Или тупее. Или некомплектнее. И зря я наколенники со стеклянного доспеха не прихватил — огребу что-то непредусмотренное в колено, и закончится моя дорога приключений. Что, во многом, к лучшему.
И вот этим, замечательно чувствительным магическим зрением, я с интересом пырился в магическую вязь телепортера. Один раз уже пырился, но был думой тяжкой отягощён, предвкушал встречу с жутким вомпером и не вгляделся. Что делал категорически зря: то, что казалось стандартными потоками обливионщины, было тончайшей вязью даэдриком. Этакими буквенными цепочками, сплетёнными в косицы, которые при невнимательном взгляде казались «обычными потоками». Сложнейшая штуковина, возможно — даже излишне. Но куча качеств делало это запредельную фигулину оправданной. Например, телепортация гильдейским телепортером была мгновенной. Вообще, судя по прочитанному. Далее, не перебивалась никакими помехами, блоками, искажениями. Если приёмный артефакт цел и на месте — телепортация доставит телепортирующегося, здорового и целого, в точку-финиш. Не имела ограничений по массе (только на одного разумного) и по частоте использования. В общем, если разобраться, телепортер выходил не столько удобством для магов, сколько транспортёром военного времени, для переброски магов (или там каких-нибудь командирских задниц, тоже вариант) в туда, куда надо.
И чертовски сложный, интересный, разглядывал я вязь даэдрика, пока меня не прервало старческое покашливание бретона.
— Куда надо? — проскрипела развалина. — Или просто любуешься, кхе-кхе?
— Ну, на что полюбоваться — есть, — признал я, меряя взглядом его ученицу, залившуюся лёгким румянцем.
Такая, фактурная девица: светленькая, с задорной чёлочкой и здоровенными глазищами. В общем, я бы на неё обратил благосклонное внимание, если бы мне было нечем заняться. И не с кем. И… ну в общем пофиг на неё.
— Но мне недосуг. В Кальдеру, шеф! — подкинул я некрохрычу возни с переводом.
— Два дрейка, — сквалыжно проскрипела развалина телепортаторских дел.
Выделил я жадине требуемое, а сам с интересом вгляделся в его действия. И… блин, он просто пишет «Кальдера», магией в образованном сплетении овале. Тоже блин, проводник, мысленно хмыкнул я, топая на приёмный диск телепортера.
Вступил на него, и освещение слегка поменялось. Не мигнуло или что-то такое, просто слегка поменялся угол и спектр. И, если бы не совершенно иные потоки магии — я бы ещё некоторое время рассуждал о криворуких гильдейских магоэлектриках… ну, точнее, специально обученных осветителях.
Но потоки магии поменялись кардинально. Да и вместо старого хрыча-босмера с аппетитной ученицей на мою персону пырилась довольно занятная девчонка. Имперка, совсем молодая, с очень… ну, занятным лицом. Грецкий нос от лба, но, при этом, курносый, демонстрирующий часть ноздрей. Такое, несколько животное ощущение от этого лица, хоть и не уродина, конечно. Но знатный зоофил в моём лице — оценил, хехе.
И, всё-таки, перестал маяться хернёй — хорош на баб, пялиться, блин! Я ими и на текущей момент вполне обеспечен, да и в перспективе интересные расклады рисуются. Это некрохрыч похотливый на меня дурно влияет. Но я превозмогу!
Помимо интересной физиономии, имперка ничем не выделялась: как маг даже послабее нашенского босмера, мистик, как понятно. Да и скрипела мне Танусея про мистика Кальдеры: некая Эмелия Дурония, одна из двух действующих в Кальдере магов гильдии. Ну и трое каких-то агентов, причём, подозреваю, эти Бонды фиговы уже сами не понимают, на кого конкретно работают.
— Добро пожаловать в Отделение Гильдии Кальдеры, собрат по магии, — очень ровным, формальным, «меня всё достало» голосом выдала Дурония.
— Приветик, — широко оскалился я, сделал ручкой, но ответной реакции, кроме вялого кивка, не добился.
Ну и хрен с ней, пожелал я девчонке счастья в личной жизни, да и потопал из телепортационного закутка. Само отделение было пустым и безлюдным (как и предполагалось), в имперском стиле. Только перекати-поля, уныло перекатывающегося по коридору, не хватало.
Ну а я потопал по коридору к лестнице: единственное на Вварденфелле место, где телепортер не прятали под землю, был Вивек. Но там, извиняюсь, город-крепость, по сути весь город — одно здание. Агломерация или ещё какая фигня. А во всех остальных местах телепортеры ныкали в подвалы, что подтверждало мои мудрые мысли о изначальной военной направленности этой приблудины.