Выбрать главу

– Мама… нет… нет… мама…

Глава 13

Матушка-Луна, неужели я это делаю?

Неужели действительно иду в дом Тайлера, чтобы спасти его маму, которую «обижает плохой злой дядька»?

Я – перестраховщица и бояка, трусиха и идеалистка?

Да. Иду. Действительно.

Сама не до конца верю, что повелась на шантаж маленького, но упертого в своем желании пациента, ненадолго очнувшегося на рассвете и не угомонившегося, пока не получил обещание помощи. Хотя нет, конечно же я понимаю причину такого поступка. Зачем себе врать?

Она берет начало в прошлом, произошедшем со мной будто только вчера, когда никто… НИКТО!!!... не захотел меня слушать, не поверил в произвол всесильного, а если и поверил где-то глубоко в душе («Ха-ха!» – три раза!), идти и рисковать собственной шкурой ради меня не сподобился. Оставил наедине с горем и проблемами. Одну-одинёшеньку.

Поступить с Тайлером аналогично, так же хладнокровно и бездушно, я не смогла. Не смогла бросить его в его беде.

Догадываясь и ясно осознавая опасность, все равно согласилась помочь. И не потому, что поверила в собственную неуязвимость. Моя голова еще на плечах, и силы я соизмеряю реально. Просто пожалела ребенка, а еще постаралась удержать его в сторожке. Не позволить сбежать и наделать глупостей опрометчивым поступком, тем самым пустив насмарку мою работу и причинив еще больший вред своему здоровью. Ведь, едва очнувшись, этот бесстрашный герой собирался рвануть назад. Домой. К маме.

Мама.

Как много в этом слове?!

Да целый мир. Ради нее мы готовы и на подвиги, и на безрассудства.

Тайлер тоже был готов. Отчаянно. Люто. До смерти.

А я рисковать им – нет. Вот нет и всё!

Потому, поняв, что отговорить не выйдет, дала слово помочь, а в обратку взяла с него обещание – лежать и выздоравливать, никуда не выходя. Ждать нашего с Бириной возвращения.

Поклялся. Ну, проверим.

Правильно ли я сделала?

Судить самой сложно. Лишь матушка-Луна ведает, как оно в итоге будет. Но сколько не перематываю в голове ту ситуацию, вспоминая, с каким отчаянием смотрели на меня мутные глазенки ребенка, понимаю, что, вернись все назад, и я поступила бы так снова. Не отказала. Ни за что.

Стараясь быть максимально неслышной и незаметной, подкрадываюсь к забору дома Тайлера, который разглядывала чуть более суток назад. И только что головой не качаю.

Да уж, Луноликая, умеешь ты подкидывать задачки!

Еще вчера этот бастион казался мне неприступным. А уже сегодня я уверенно ищу в него вход. Внимательно отсчитываю десятую от воды доску и подхожу к ней. Обхватываю с двух сторон пальцами, слегка оттягивая на себя и плавно сдвигаю в сторону. С одиннадцатой поступаю аналогично.

Отлично!

Мой маленький друг предупреждал, что лаз будет небольшим, но, постаравшись, я смогу в него просочиться. И оказался прав.

Оглянувшись, убеждаюсь, что за спиной у меня никого нет, быстренько стягиваю дутую крутку, чтобы не мешала, и, присев на корточки, бочком протискиваюсь внутрь чужой территории. Замираю и прислушиваюсь. Ухо улавливает тихий плеск воды и неясный шум из дома – работающий телевизор. Больше ничего подозрительного.

«На улице точно никого нет», – подтверждает мое мнение Тайла, напрягая звериный слух.

Ладно. Это хорошо.

«Тайлер сказал, что в доме кроме Бирины только один чужак. Надеюсь, он не ошибся, потому что с двумя я точно не имею шансов на успех», – мысленно складываю вместе ладошки, а в реальности засовываю руку в карман и с силой стискиваю небольшой пузырек.

Он – мой единственный шанс провернуть немыслимое. Порошок, который находится внутри, позволит временно отключить сознание двуликого, действуя, как мощнейшее снотворное. Всего на полчаса, но этого по моим прикидкам должно хватить, чтобы сбежать. А дальше… дальше буду думать еще.

Аккуратно ступая, стараюсь отслеживать обстановку вокруг, но ничего опасного не замечаю. Даже дождь, как по заказу, закончился и не отвлекает шорохом. Миную сарай и навес, на треть заваленный поленьями, приближаюсь к углу большого мрачного дома и поворачиваю за угол.

Легкость попадания на территорию и сонная нега, витающая в воздухе, намекают выдохнуть, расслабиться и перестать всего бояться, но я им не поддаюсь.