Попугаи не скрещиваются с броненосцами
Я лежала поперек своей кровати и смотрела в потолок. Ничего не хотелось. Сегодня уже было воскресенье, а Ваня так и не позвонил с тех пор. Первой звонить я не хотела, и поэтому терпеливо ждала. Вторник и среда прошли нормально. Со мной был Тимка, в среду мы с Ксюшкой ходили вечером на каток, в четверг я поздно вернулась с кружка по алгебре, в пятницу то и дело нервно поглядывала на телефон, в субботу судорожно сцепляла пальцы, чтобы не позвонить первой, а сегодня просто сломалась. Ужасная это штука – ждать. А еще ужаснее – неопределенность и неизвестность. Я уже понимала, что в наших отношениях что-то кардинально поменялось, но что – пока не могла осознать. Я взяла телефон с тумбочки. Все так же. Глухо как в танке. Черт с ней, с гордостью. Пальцы набрали смс: «Привет)Как ты?» Прошло полминуты. И тут раздался звонок. - Алло? - ну наконец-то! - Привет. - Вань, привет! Ты куда запропастился? - Извини. Были дела. – сухо ответил он. - Ааа.. Ясно. - Да, вот как-то так. Я в недоумении замолчала. Он явно не хочет со мной разговаривать. - Ну, все нормально? - на всякий случай спросила я. -Да, все о’кей. - Ну…ладно. Пока. - Пока. Короткие гудки неприятно ударили по ушам. Что-то внутри оборвалось, и я заплакала. Заплакала навзрыд, с наслаждением, чего так давно не делала. Слезы катились градом, мешая видеть, скатывались на подушку, образуя под головой мокрую лужицу. Равнодушие больше всего выбивает из колеи. С детства я ненавидела, когда на меня не обращали внимания, когда не дослушивали мою историю, которую я взахлеб рассказывала, или не так эмоционально реагировали на мои шокирующие, как казалось мне, сообщения. А сейчас я столкнулась с глухой стеной. И что с этим делать, я не знала. Ну и черт с ним! Я вытерла слезы, снова набрала Ванин номер, дождалась его удивленного «Алло?» и выпалила: - Знаешь, давай по-мужски! Мы расстаемся, так? Молчание. Потом Ванька несмело начал: - Насть, ты пойми… - Так или нет? - Ммм…да. Наверное, так. - Хорошо. Удачи. - Подожди…Давай останемся друзьями… - Спасибо, конечно, но друзей у меня предостаточно. - буркнула я, и повесила трубку. Ну, вот и все. Никакой неопределенности. Как ни странно, стало немного легче. «А что ты думала, глупая, - убеждала я саму себя, - Что он реально на тебе женится, и проживете вы всю оставшуюся жизнь вместе? Ага, сейчас. Я же говорила, никому ты не нужна, убогая. Такая - никому.» Решимость куда-то исчезла, и опять хотелось плакать. Я закусила губу, и подняла лицо вверх, чтобы слезы не выкатились из глаз. Подумаешь, парень… Да ничего такого, все вокруг расстаются. Наплевать, Настя. На-пле-вать. - Да ты что?! - вечером того же дня Ксюха сидела у меня в комнате и возмущенно всплескивала руками, - Вот козел-то, а! - Да ладно тебе, Ксюх. Все нормально, - попыталась улыбнуться я. - Нет, Настя, не нормально! Он ведь даже ничего не объяснил тебе! Не извинился! Да какой там, позвонил только через четыре дня! И то только после твоей смс! - бушевала подруга. - Ксюх, он мне ничем не обязан. Все хорошо, я даже не плакала, видишь? - Да ты никогда не плачешь! Ты же у нас кремень, мать твою, верх благородства! Хоть раз бы стала настоящей девчонкой, пошла бы и влепила ему пощечину, закатила бы истерику! -Так нельзя, - покачала головой я. - А так можно?! - Ну…наверное можно. Каждый имеет право расстаться. - Ох, Настя! Если бы не твои драгоценные мозги, прибила бы! - Ксюша наконец успокоилась, перестала бегать по комнате и села рядом со мной на кровать. - Но ты, старушка, мне дорога, как воспоминания о буйной молодости. Я улыбнулась и обняла её. Как же все-таки здорово, что она у меня есть. Несмотря на мое внешнее спокойствие, внутри меня бушевала буря. Я, как обычно, съедала себя изнутри. Винила во всем свою нездоровость, внешность и много чего еще. Да это вообще удивительно, как Ваня обратил на меня внимание. Ведь моя нестандартная походка издалека бросается в глаза, и нормально, что она всех отпугивает. Кому хочется связываться с неполноценным? Ведь инвалиды во всеобщем понимании – это недочеловеки. Пусть умные, пусть интересные, но они инвалиды, и этим все сказано. Некоторым ведь даже противно общаться с такими, а у меня хотя бы есть друзья. Жизнь жестока, но жестока она ко всем, и лишь эта мысль успокаивала мое сознание. Я еще не самая несчастная на земле, я могу видеть, слышать, говорить, я могу учиться, ходить, я могу дружить. Я не одна, со мной мои родители, мои друзья. А ведь не всем так повезло. От многих отказываются даже собственные родители. А здесь от меня отказался всего лишь парень. Пусть любимый, пусть первый, и возможно, последний, но он, в сущности, мне никто. Чужой. Тяжело, плохо, люблю, но привыкну. Приспособлюсь. Переживу. В жизни еще много интересных вещей, кроме любви. Ксюша мне не сказала, но потом я узнала, что и вправду Ванька расстался со мной из-за моих физических недостатков. Не сам, что самое обидное, а лишь под натиском насмешек других парней, его друзей. Видимо, и ему пришлось несладко. Ну что же, насмешки - это очень тяжело, я-то помню. Не всякий перетерпит. Тим тоже промолчал, когда я ему рассказала. Просто спустя какое-то время мне позвонил разъяренный Иван, и накричал на меня, какого черта какой-то парень звонит и читает ему нотации. Я молча выслушала все его претензии, спросила: «У тебя все?», Ваня ошеломленно сказал: «Да», и я повесила трубку. А потом позвонила Тимуру и долго ругалась с ним, нафига он лезет в мои отношения. На что тот обиженно бросил: «Ну и разбирайся сама!» и тоже бросил трубку. А потом вечером пришел в гости, и мы долго мирились.