- Не умею! – покраснела я.
- Ну, юный математик, даешь! Это все равно что плавать! Поймала волну музыки и качаешься на ней! Давай, вперед, маленькая! – Тимур откозырял и пошел к выходу. «Что ж ты сам тогда не танцуешь, раз это так просто?» - пробурчала я и попыталась взмахнуть рукой в ритм. Тааак, вроде ничего. А теперь ногой. Тоже пойдет. А теперь рукой и ногой вместе… - Давай, Настюха! – завопила Ксения и, схватив меня за руки, вовлекла меня в свой полубезумный танец. Я пыталась за ней повторять и кажется, у меня получалось. Вправду получалось! Урааааа! Я танцую! Через полтора часа мы тащились домой. Взмокшая от пота спина мерзла, волосы прилипли ко лбу, ноги немилосердно болели, но я все равно была счастлива. Я танцевала. Танцевала! Могла ли я когда-нибудь мечтать о том, что вот также буду жить, танцевать, а не наблюдать? Моя первая победа была сладкой. Даже слишком.
Музыка
Осенью 2005-го мне стукнуло пятнадцать. Отмечали мы день рожденья впятером: я, мама, брат, Юлька и Ксюшка. Папа тогда работал на вахтовой работе и не смог поздравить меня лично, но прислал с земляком подарок – музыкальный центр. Мама накрыла нам стол, и мы веселились от души – пели, танцевали, ели и бросались друг в друга попкорном.
Заводилой, конечно, была Ксюха - к тому времени она выросла и превратилась в прекрасную девушку, стройную, с копной кудрявых черных волос и озорными голубыми глазами. Юлька тоже несказанно похорошела – длинная светлая коса ниже пояса, румяные щеки, наивные, вечно удивленные зеленые глаза с пушистыми светлыми ресницами. А я… а я осталась все такой же – маленькой, худенькой и угловатой. - Мы пойдееееем с конееем…. – все бушевала Ксюха, когда мы, уже уставшие, сидели на диване и лениво жевали оставшийся торт. - Клево поешь, - заметил семнадцатилетний Никита и, отключив от сети ноутбук, кивнул нам и пошел в свою комнату. Ксюха высунула в его сторону язык и скривила рожицу. Я кинула в неё фантик от конфеты: - Ксю, ну хорош уже. Достала. - Да ну вас, зануды. Скучные вы какие-то. - Ксения взяла со стола яблоко и впилась в него зубами. - Да устали просто, еще ты воешь. - отмахнулась Юля. - Между прочим, у меня отличный голос, слышали, что Никитос сказал? – самодовольно улыбнулась Ксенька. – И вообще, завтра я иду записываться в школу искусств, буду великой актрисой и певицей, ясно вам?! - Да ладно! – хохотнула Юлька, - Актриса погорелого театра! Ксения взвизгнула и придавила девушку подушкой. На диване завязалась нешуточная борьба. Я улыбнулась, глядя на них. - Эй, девушки! Ну-ка, успокаиваемся! – прикрикнула я, - Разбуянились, а еще старшеклассницы называются!