Муравейник - дневной мир остался далеко позади, а новый мир, открытый ими, был удивителен: воплощённая в реальность утопия, рай на земле - никакой иерархии, никакой вежливой лжи, никаких условностей, никаких предрассудков. Они воображали себя первыми людьми в раю, только в их рай никогда не заглядывало солнце. Он был полон призрачных лунных теней.
Они охотились каждую ночь. Мира также страстно увлеклась этой игрой, как её создатель, и возненавидела голод, ощущение сосущей пустоты внутри - этого вечного спутника вампиров. Им так нравилось быть юными, сильными, счастливыми, возрождаться вновь и вновь, получая чужую жизнь! И, завладев толикой света, они тут же растрачивали её, летая, играя, любя - без остатка.
Их мечты были неясными туманными, расплывчатыми, но завораживающими уже в набросках. Древняя мудрая Карда, Несс, полный кровью - не водой, горы из мёртвых тел там, за Короной, сражения, похожие на великие битвы древности, и двое влюблённых, родом из вечности... Вели они войска, шли вслед за воинами или бесстрастно взирали с небес на игрушечных солдатиков - они были вместе, рука об руку: бессмертные боги, жестокие дети, смеющиеся в лицо всем земным страхам.
Они мчались вперёд и вперёд, не останавливаясь, не смея ни свернуть, ни повернуть назад - в холод, в непроглядную тьму: это Бездна шла за ними...
"Довольно!" -
Мира отняла ладони от лица. Слёзы уже засохли на коже солёной корочкой.
Она неожиданно успокоилась, села в постели, занялась спутанной шевелюрой. Она перебирала пряди волос и перебирала вчерашние события. Разговор с Владыкой, Бал и встреча с сестрой - всё казалось странным и зыбким, как ещё один сон. Мира засмеялась, вспомнив, что вчера вообразила, будто сын Агаты похож на Алана, и сразу же резко замолчала: послышался тихий стук в дверь.
- Мира, ты не спишь? - позвала Агата.
- Нет! - окончательно проснувшись, вампирша поспешно вскочила с кровати. - Я как раз собираюсь спускаться.
- Впусти меня...
Мира открыла дверь. Агата внесла в комнату горящий подсвечник. "Вот, - она бросила на кровать светлое вышитое платье, - один из нарядов, забытых тобой шесть лет назад. Оно должно подойти. Ты ничуть не изменилась за годы".
- Спасибо, - замкнуто сказала Мира, приглаживая волосы. - Я оденусь сама.
- Хорошо. Потом спускайся вниз, ужин тебя ждёт.
Агата хотела сказать ещё что-то, но под вопросительным, ожидающим взглядом сестры почему-то не решилась. Когда она тихо ушла, Мира открыла окно. Поток холодного, наполненного морозом воздуха ворвался в комнату. Небо над цепью гор очистилось, были видны звёзды. Вампирша слышала, как они шепчутся, таинственно перемигиваясь: "Сегодня великая ночь, Королева всех ночей!"
"Уходить сейчас нельзя, - холодно рассудила она. - Владыка пришлёт за мной сюда, в этот дом. Если я покину его, неизвестно, чем это кончится для Агаты. Пока, останусь..."
Агата, к великому сожалению Миры, ждала её в столовой. Вампирше предстояло как-то справляться с несъедобным с её точки зрения ужином на глазах смертной.
Что же делать! Мира вздохнула и заметила, глядя мимо своей тарелки:
- Ты сама решила накормить меня... А где Лина?
- Она сегодня попросила расчёта.
- Вот как? - неудачно изобразила удивление сестра.
- Не понимаю, почему...
- Куда же она пойдёт? - с фальшивым участием добавила вампирша.
- Лина сказала, что ей необходимо уехать домой. Но было видно, что она лжёт. Очень странно. Она служила мне ещё в Доне!
С лица вампирши не сходила приветливая, безмятежная улыбка:
- Ну, ничего. Найдутся другие слуги. Наверное, она поняла, что здесь ей не справиться с работой - дом огромный!
Агата потерянно молчала, и Мира отвернулась от неё. Она долго разглядывала большие окна столовой: если остаться в этом доме на несколько дней, нужно продумать, как избегать солнца... Признаться сестре в том, что она - carere morte, Мира и помыслить не могла.
- Вчера ты рассказала очень мало, Мира, - промолвила Агата, - но я думала о твоих словах. Эрик Бруэт - он не из столичных ли Бруэтов?
- Ну... - протянула Мира, горько жалея о вчерашних откровениях.
- Они в пятьдесят шестом потеряли шестнадцатилетнюю дочь, я слышала. Кажется, её звали Донна.
- Эрик был её старшим братом, - созналась вампирша.
Пришлось снова заняться сочинительством. Лживая история замужества расцвела новыми подробностями. Родители Эрика не приняли её, и они уехали в Прэсто. Часто бывали за границей... Вместе играли в любительском театре... Детей у них не было, Мира обратилась к доктору и узнала страшное: ей никогда не стать мамой, - Мира сбилась, только когда речь зашла о смерти мужа. Но быстро нашлась:
- Был поздний вечер. Мы возвращались из гостей. Кто-то напал в саду, я не разглядела, кто... Меня ударили, я потеряла сознание. Когда очнулась, Эрик был мёртв. Ему перерезали горло. Мне повезло: убийца промахнулся.
Она стянула платье с плеча, показала старый шрам от стрелы охотника чуть ниже ключицы. Сестра потрясённо охнула.
- Грабители проникли в дом в наше отсутствие, а когда уходили - столкнулись с нами. А может быть, это были не просто грабители, - окончательно осмелев, зловещим шёпотом добавила она. - Врач сказал, в теле Эрика не осталось ни капли крови, да и я... потеряла слишком много крови для такого небольшого ранения. Так что теперь я верю в сказки Карды. Я верю в carere morte! Я не рассказала это вчера, потому что...
- Я всё понимаю, - Агата коснулась её плеч, поправила платье. В её глазах была непонятная жалость, как будто совсем не относящаяся к рассказу Миры. - Если б я знала... Я напрасно попросила продолжение рассказа!
- Поговорим потом, - холодновато согласилась Мира и смело отодвинула нетронутый ужин. - Прости... я ничего не могу сейчас съесть. Я пойду спать, - молвила она и, доигрывая роль, удалилась со страдальческим выражением лица.
...Где она гуляла шесть лет? Соседи по улице успокоено вздохнули, когда двое юных вампиров покинули Карду, и постарались забыть их, как страшный сон. Они не бывали в Прэсто. За вторую зиму Мира и Алан облетели Термину - Северный край. Помня, что хозяйничают на чужих земля: вся Термина была поделена между Тридцатью Домами Карды, влюблённые задерживались в каждом селении не более чем на две ночи. Отринув мир смертных, так и не подружившись ни с кем из бессмертных, они одичали окончательно. Прибавив в силе, они перестали охотиться только на улицах и бесстрашно входили в людские дома, разбивая их защиту. Насытившись, они имитировали ограбление. Они никогда не оставляли следов укуса - пользовались для нападения не клыками, а кинжалами. Вампиры подумывали податься за границу, но потом решили обосноваться в столице. Дона принадлежала Ордену, но опасность только раззадоривала юных бессмертных...
Ночью, когда сестра легла спать, Мира поднялась в детскую. Это было глупо, но непонятная сила тянула вампиршу сюда. Она быстро прошла мимо кроватки мальчика, напугалась большого игрушечного медведя, сидевшего на стуле, и подошла к окну.
Эта комната днём была самой светлой в доме: окно выходило на восток. Отсюда были видны горы за Короной, в которых таился замок Владыки вампиров. Миру охватила дрожь, когда она вспомнила страшную Зеркальную галерею... Но замок хорошо прятался во тьме, и скоро она успокоилась.
Над чёрной изломанной линией гор рассыпаны бриллианты звёзд. Весь мир затих в ожидании. Чего ждёт это небо? Чего ждёт эта земля? Какую тайну хранят древние горы? О чём ветер шепчется с ветвями деревьев?
И почему она замерла в нетерпении, точно до предела натянутая струна, словно в ожидании решающего шага, решающей битвы? Словно это её судьба решается сейчас... "Сегодня случится что-то, - вернулось предчувствие. - Настала великая ночь, королева всех ночей!"