Уф! Кажется, ни одного неприличного слова я не сказала!
— Я что, так похожа на его боевую подругу? — внезапно разулыбалась одинокая пенсионерка.
— Мы же просто играем с ним в шахматы, — терпеливо пояснил толстый старик, — Мы только здесь с ним и видимся. Я, правда, работал вместе с его покойной женой, но…
— Но это нашей юной иностранке ничем не поможет, — нетерпеливо прервал его визави.
Опять тупик! Что же делать-то?! Видимо, в этот момент на моем лице отразилось такое отчаянье, что один из шахматистов внезапно смилостивился.
— А Вам ДЕЙСТВИТЕЛЬНО необходимо его найти? — сурово осведомился он, крутя в руках массивные очки в роговой оправе.
— Просто позарез!
— Что ж, тогда… Конечно о таких вещах говорить не принято, но… — мой спаситель понизил голос почти до шепота, — Я, видите ли, обитаю в районе «Б»… — при этих словах кто-то из присутствующих громко хмыкнул, но старик с очками не смутился, — Можно подумать за все эти годы вы ни разу не видели, в какой автобус я сажусь! Так вот, я временами вижу Айю в нашем районном магазине, далеко не каждый день, конечно, но всё-таки… И если он Вам в самом деле так срочно нужен, то там Вы вполне можете встретить его и раньше пятницы…
Вот это уже действительно была зацепка! Я рассыпалась в благодарностях, узнала номер автобуса, идущего в район «Б» и местоположение искомого магазина и, счастливая, вылетела на улицу. Лишь бы только этот чертов Айя не имел привычки покупать себе хлебушек с утра пораньше! А уж я его дождусь! Корни пущу у входной двери, но дождусь! В конце концов даже и переночевать где-нибудь на скамейке возле магазина можно: куплю себе термос, залью туда в ближайшем кафе чего-нибудь горячего и пересижу. Сугробов по ночам, к счастью, пока еще не наметает…
И только уже в автобусе, заняв свое любимое место у окна, я подумала: а как, интересно, я сумею его опознать в этом универмаге, даже если он остановится у меня прямо под носом? Мне же в жизни не приходилось видеть господина Крента!
Глава 5
Район «Б» явно был, что называется, «спальным»: унылые глухие заборы тянулись квартал за кварталом, лишь иногда раздвигаясь, чтобы пропустить витрину парикмахерской или яркую вывеску кинотеатра. К счастью, искать магазин в этом сером лабиринте мне не пришлось: автобус остановился прямо напротив его дверей. Конечно, на супермаркет это заведение не тянуло, но было всё же немаленьким, и торговля тут шла с размахом. Слева от входа широко раскинулись прилавки с продуктами, а справа продавали всевозможные несъедобные мелочи: от книг до будильников и косметики — даже телевизор неизвестной мне марки красовался на одном из прилавков.
Конечно, следовало бы сразу же заняться делом, но пройти мимо книг я решительно не в состоянии, даже в периоды абсолютной и безысходной нищеты, когда всё, на что я способна, это смотреть на полки, захлебываясь слюной, как старый алкаш после указа 1985 года у витрины с десятирублевой водкой. На сей раз деньги у меня были, а книжка, написанная человеком, воспитанным в диковинных традициях этого мира, могла бы оказаться лучшим сувениром. Конечно, приобрести какой-нибудь шедевр художественного слова здесь не стоило и надеяться. Полки пестрели яркими глянцевыми обложками, под которыми неизменно скрываются детективы, боевики (фантастические и претендующие на реальность) и любовные романы — сырьевая база всевозможных сериалов или наоборот — их краткий пересказ. Но литературные достоинства меня в этот раз волновали меньше всего. Мне бы что-нибудь эдакое… отражающее… Ну, «Постоялый двор» — это, видимо что-то уже на грани порнографии… Ага, вот это подойдет: «Незваный гость». Жуткая, должно быть, история!
Я расплатилась и двинулась дальше. За следующие десять минут мною были приобретены: коробка булавок, лист прочного картона, толстый синий маркер и (не удержалась, грешна!) изумительной красоты черный шарфик с вышитыми на нем желтыми листьями. Сверток с шарфиком отправился в сумку к книге, а на листе картона я крупно написала: «Я разыскиваю Айю Крента!», приколола этот плакат прямо к своей ветровке и заняла позицию у входных дверей. Вид у меня, конечно, получился довольно нелепый, зато надпись бросалась в глаза издали и пройти мимо нее было трудно. Во всяком случае я на месте бывшего аптекаря непременно поинтересовалась бы, кто это устраивает манифестации с его именем на груди.