Столик нам достался удачный — в уголку, возле самой ограды Ботанического сада, справа от которой неторопливо спускалось в ущелье улицы солнце. Дома я, естественно, готовить ничего не стала (Зачем? Всё равно ведь в кафе идем!), так что мы с аппетитом жевали шашлыки и высматривали Авенуса.
Он появился ровно в восемь, всё в том же своем полу-подростковом обличии, даже маечка на нем была с «металловыми» монстрами и черепами — не дать, не взять, десятиклассник на каникулах! Он же бог, царь и Карабас Барабас.
Юный патриарх сел, заказал кофе с пирожными и принялся внимательно разглядывать нас своими голубыми, но не слишком-то наивными глазками.
Первой не выдержала, конечно, я:
— Что, мы так изменились?
— Нет, конечно, — пожал плечами «Веничка», — Да и с чего бы? Просто я всё жду, когда же вы начнете задавать мне свои вопросы. Точнее, вопросы Лао. Он ведь вас наверняка какой-нибудь шпаргалкой на этот случай снабдил. Мне кажется, это чисто китайская черта — всё разносить по пунктам… Ну, давайте сюда ваши «Десять драгоценных вопросов», или сколько их у вас там?
— Вопросы есть, конечно, — откликнулся Хитч, — Только нам хотелось бы начать их задавать не раньше, чем мы узнаем, что за задание Вы для нас приготовили…
— …чтобы не оказаться в долгу, если я потребую чего-нибудь совсем уж неприятного. Умно!
— …и по возможности, не раньше чем мы это задание выполним, — спокойно закончил Хитч.
— Замечательно! И тогда в долгу у вас окажусь уже я и буду вынужден отвечать даже на самые интимные вопросы… о цвете моего нижнего белья, к примеру… или о причинах Битвы Драконов…
- А это действительно настолько интимно? — заинтересовалась я.
Авенус усмехнулся и это выражение лица неожиданно состарило его, словно внезапно сквозь юношескую кожу проглянул ядовитый сухонький старикашка с острым носом и абсолютно лысым черепом, у которого Лао в своё время нахватался не только некоей непонятной нам пока что мудрости, но и — вольно или невольно — словечек, интонаций и жестов.
— Ну, из цвета своих трусов я особой тайны не делаю, — откликнулся он, — а вот что касается Битвы Драконов… Могу сказать вам только одно: причина этой битвы навсегда исчезла в то самое время, когда мы пытались убить друг друга. И драться стало не из-за чего. Всё. Кстати, можете считать эту информацию не авансом а просто жестом доброй воли.
— И это Вы называете информацией? — сморщилась я.
— Что мог, я сказал. Остальное — ненужные подробности.
— Хитч, пойдем домой, а? Что-то мне здесь скучно…
— … а дома — весело. Сериал про бандитов показывают и на работу можно завтра не идти, — в тон мне подхватил «Веничка», дожевывая миндальное пирожное.
Повисла очередная театральная пауза. Хитч выложил на стол бумажник и курил в ожидании счета, а я упорно любовалась закатом.
— Ну, ладно, — сдался, наконец, наш визави, — Давайте сделаем так: я расскажу вам о своем поручении. Вы назовете мне три наиболее интересующих вас вопроса. И как только задание будет выполнено, я дам вам абсолютно искренние и полные ответы. Идет?
— Идет, — кивнул Хитч. — Ну, и чем Вы намерены нас озадачить?
— Ничего сложного. Я отведу Вас к Двери. Вы пройдете буквально двадцать шагов, войдете в пещеру и возьмете там с алтаря книгу в серой мраморной обложке. Она довольно тяжелая, но унести можно, даже в одиночку.
— Ее охраняют?
Нравилось мне смотреть на своего напарника, когда он выяснял детали задания. Весь он подбирался, как сеттер в стойке, глаза становились глубокими и цепкими — просто суперагент, а не обычный разгильдяй с холщовой сумкой через плечо!
Авенуса же эта дотошность, кажется, только забавляла.
— Нет. Ни стражи, ни собак ни диких зверей, ни автоматического оружия, ни вирусов, ни отравляющих газов… Я что-то забыл?
— Да, — даже не улыбнулся Хитч, — Вы забыли объяснить, почему Вы сами давным-давно не сделали эти двадцать шагов и не забрали книжку.
«Сейчас он скажет, что это уже первый из трех вопросов, — подумала я. — Во всяком случае, я на его месте именно так бы и поступила». Но рыжий старейшина решил не торговаться.
— Потому, что в пещеру можно войти только вдвоем. Причем входящие должны любить друг друга. Вы-то, надеюсь, друг друга любите? — прищурился он на нас.
— Надейтесь, — пожала плечами я, — Тошка, ты меня любишь?
— Безумно! — ответствовал мой супруг, — А на черта бы я еще жил с женщиной, которая готовить не умеет, приборку ненавидит, всё время перебивает и к тому же задает глупые вопросы?