Я сжимаю пластикового лисёнка в ладони. Углы фигурки врезаются в кожу. Он согревается теплом от моего тела, пока я гляжу в единственный глаз-точку. Словно в ожидании, что вот-вот должно произойти нечто непредвиденное и умопомрачительное.
***
Я больше не могу смотреть эти глупые фильмы про пришельцев. Больше не могу верить, будто я какая-то особенная. Хожу на скучную и ненавистную работу, знакомлюсь с людьми через интернет в поисках родственной души, завариваю лапшу быстрого приготовления. Я такая же, как и все вокруг. Но ты, мой рыжий друг, и сам это знаешь, верно? Ты всегда это знал. Пора перестать впиваться взглядом в небо. Пришло время перестать надеяться и забыть ту необъяснимую ночь…
2
Она всё ещё хранит меня. Меня, что стоит на гладком столе возле медленно убивающего зрения яркого экрана. С недавнего времени компанию мне составляют фигурки кошки и черепахи. Здесь совсем не одиноко. Она постоянно бормочет себе под нос и периодически без всякой причины поглядывает на меня. Иногда обнимает меня.
С той самой ночи прошло несчитанное количество дней. Она почти поймала меня. Была так близко. Но мне удалось её усыпить. И всё же она не забыла. Короткая запланированная вылазка превратилась в годы, потому что она продолжала хранить меня. И не нашлось решимости уйти. Я всё ещё здесь, смотрю на её утомлённое лицо и покрасневшие глаза, на слипающиеся веки. Слышу, как она обращается ко мне:
― Я такая же, как и все вокруг. Но ты, мой рыжий друг, и сам это знаешь, верно? ― грустно улыбается и уходит спать.
Некоторое время экран горит, а потом погасает. Во мрак погружается и комната. Наступает тишина, нарушаемая лишь ночными звуками неспящего города за окном.
Впервые за много-много дней мне хочется обнять её в ответ. Было что-то очень тоскливое в её словах. Почему я чувствую вину?
Это враждебное место с тяжёлым и тухлым воздухом больше похоже на вынужденное пристанище, чем на настоящий дом. Когда ты уходишь на много часов, в этой вязкой духоте становится немного невыносимо. Я никогда не знаю точно, когда ты вернёшься. И что мне делать, если сегодня в очередной день твой взгляд на меня так и не упадёт? Медленно схожу с ума внутри крошечной пластиковой фигурки. И вне себя от счастья каждый раз, когда слышу твои шаги на пороге этого никчёмного жилища.
Мне не пристало так радоваться, ведь скоро конец света, а ты даже не знаешь об этом. Иначе бы не потратила и мгновения на то, что не вызывает улыбки на твоём лице. Скоро конец света, моя милая, а ты продолжаешь где-то исчезать, возвращаясь после поникшая и утомлённая. Не слишком ли дерзко с моей стороны желать провести последние дни с тобой?
***
Ты возвращаешься раньше обычного. И на твоих губах играет лёгкая улыбка, когда ты сбрасываешь с короткой шеи шерстяной шарф. С жестом облегчения ты плюхаешься на стул перед закрытым ноутбуком. Твой зеленоглазый нежный взгляд падает на меня. Сегодня особенный закат, знаешь? Он последний.
Маленькая рука поднимает меня с потёртой столешницы и сжимает между пальцев. Я ощущаю прохладу замёрзшей кожи и безмолвно взволнованно трепыхаюсь внутри рыжей фигурки. Когда придёт конец, я хочу, чтобы ты смотрела только на меня.
Уютная ладонь разжимается. Завалившаяся на бок фигурка всё ещё является предметом всего твоего внимания. Со стороны окна уже ощущается надвигающийся стремительный и страшный жар радиации от сброшенной неподалёку бомбы. Фигурка переваливается на пластиковые лапки и взмывает вверх. Поравнявшись с твоим удивлённым взглядом, в котором стоят блестящие слёзы, я продолжаю заставлять лисёнка парить до самой последней секунды, когда ни от него, ни от тебя не остаётся ничего кроме пустоты и теней на тонких стенах.
Теперь, забрав эту пустоту с собой, я могу покинуть это, прежде затхлое, а ныне разрушенное место, что люди когда-то прозвали Землёй.