– Куда так спешишь, Лисичка? Убегаешь или догоняешь? – насмешливо поинтересовался Рыжий, отвлекая меня от разглядывания его угрюмого спутника.
– Не ваше дело, – буркнула я.
Вообще-то стоило вести себя полюбезнее. И хорошо бы поблагодарить за то, что из оврага вытащили. Но я пока что не поняла, чего от этих двух грозных молодцев ждать.
Уж больно вид у них был пугающий – доспехи, мечи, у Рыжего вон ещё и топор боевой.
На разбойников, вроде, не похожи, не иначе… из служивых, чьи-то дружинники…
Да только одинокой девице в глухом лесу лиходеев и ратников одинаково опасаться стоит.
А ещё больше – разъярённого жениха…
– Вон она! Вон она! – раздалось уже совсем близко.
– А вот и ответ пожаловал… – хмыкнул язвительно Рыжий.
Я вздрогнула, бросила лишь один взгляд на приближавшуюся свору Улаха и снова непроизвольно дёрнулась, готовая сорваться с места. Но дорогу мне тотчас заступил угрюмый.
– Стой! – осадил этот человек-камень.
Я вскинула на него затравленный взгляд, уже взмолиться хотела...
Но в сумрачных глазах внезапно промелькнуло что-то тёплое, светлое, доброе, как первый солнечный лучик на рассвете.
– Не бойся! – добавил он уже не так грозно и шагнул ближе, будто закрывая меня своим плечом. – Если ты ничего дурного не делала, то и тебе никто ничего не сделает.
Мне так хотелось в это поверить, так хотелось!
Вот только эти чужаки хоть на вид и грозны, и сильны, но их всего двое. А с Улахом ещё пятеро закадычных дружков. И пёс.
– Вы их не знаете… – прошептала я, ругая себя за то, что голос так трусливо дрожал.
– Ничего… сейчас познакомимся, – задорно подмигнул Рыжий, тряхнул огненной копной и развернулся, встречая незваных гостей.
***
3 Беги, Эрика, беги!
Эрика
– Эй… Девку мою отдайте!
Улах никогда сообразительностью не отличался, зато гонору и наглости на десятерых бы хватило. Вот и сейчас с чужаками он повёл себя так, как обычно со своими дружками. Чуял за собой силу – сам был тем ещё верзилой, да прихвостни его за спиной стояли. Вот и дерзил.
А напрасно… Видно же, что эти ратники – люди непростые. И если бы он схитрил, иначе к ним обратился, с почтением, так, может, они бы и отдали меня не глядя.
Зачем им из-за какой-то незнакомой девицы в драку встревать?
Но Улах был глуп, а потому сразу хамить начал. И даже с лошади не спустился. Должно быть, ему мнилось, что так, свысока поглядывая, он важнее, значимее смотрится.
А может, просто на всякий случай в седле решил остаться, чтобы быстрее ноги унести, если что. Он хоть и строил из себя смелого да дерзкого, но явно струхнул порядком, когда узрел со мною рядом двух таких дюжих молодцев.
С настоящими дружинниками спорить, это не безоружную девчонку гонять или лису собаками травить.
Его пёс, такой же злобный, как и хозяин, захлёбывался лаем и рвался в нашу сторону. Но Улах рявкнул грозно, и собака тотчас прижала уши и стихла.
Подъехав к краю оврага, Улах остановился там, недобрым взором наградив сперва моих новых знакомых, потом меня саму. И я от этого липкого, злого взгляда невольно спряталась за мрачного ратника. Он и так меня, конечно, уже за спину задвинул, но я ж любопытная, я из-за плеча выглядывала. А сейчас как в норку юркнула. Не больно-то хочется на этого гнусного бычину Улаха глядеть.
– Ого! Так это твоя? – наигранно ахнул Рыжий. – А чем докажешь?
– Чего это я ещё доказывать буду?! – Улах насупился и побагровел. – Говорю же – моя! Отдавайте по-хорошему, не то хуже будет!
Ох, дурак, дурак! Ещё грозить вздумал.
Я, впрочем, и сама не лучше – с перепугу тоже сперва кусаться пыталась. Но сейчас-то понимала, что зря. Если кто меня от ненавистного мерзавца защитит, так только этот Рыжий да его угрюмый приятель Вир, суровый, холодный и мрачный, как сталь меча.
Он, конечно, тоже пугал так, что сердце замирало, но вот сейчас, в этот самый миг, мне казалось, что места безопаснее, чем за широкой спиной ратника, в целом мире не найти.
Однако любопытство взяло верх, и я опять тихонечко высунула нос из-за его плеча.
– Дак, её, вроде, никто не держит… Сама уходить не хочет. Видать, мы ей больше по нраву, – Рыжий снова ухмыльнулся, вроде бы, добродушно, но с явной издёвкой. – Да и нам эта Лисичка глянулась. Так что... нет, братец, не получишь ты никого. Ступай лучше с миром!
Последние слова Рыжего прозвучали уже иначе, без насмешек, но с вполне ощутимой угрозой. У меня аж мурашки по спине пробежали. И на месте Улаха я бы унесла поскорее ноги.