Они быстро создают изнутри периметр, перекрывая все входы и выходы. Я оказываюсь будто в консервной банке.
— Ах ты, — рычу, повернувшись к купцу. — Вздумал подставить меня?! Учти, быстрой смертью ты после такого не отделаешься! Предателей я ой как не люблю.
Бедный мужик становится белым, как мел. Он весь дрожит, и видимо не в силах сказать или сделать что-то внятное. Поэтому просто молча открывает и закрывает рот, как рыба, вытащенная на берег.
Из небольшой деревянной двери вдруг вышел… Да кто бы мог подумать?
Граф Федор Дмитриевич Коршунов собственной персоной!
Лишь оказавшись в холле, он сразу же морщится и с ненавистью смотрит на меня. Видать, волны обаяния, все еще кипящие в воздухе, задевают и его хрупкую натуру, усиливая неприязнь ко мне.
— Вот ты и попался, мальчишка, — рычит он, и по его голосу понятно, как я надоел ему своей тягой к выживанию.
— Остынь, старик. В который раз это говоришь? — Усмехаюсь я, однако на самом деле, позавидовать мне сложно.
Ситуация, мягко говоря, вышла из-под контроля. Как вообще можно было так глупо попасться, блин?
Однако убивать меня пока что никто не спешит, значит у графа на мой счет другие планы. Правда, и отпустить меня просто так явно не входит в них.
Что ж, придется немного поиграть по его правилам. Сворачиваю волны обаяния обратно, а то как-то сильно они его нервируют, и набираю полную грудь воздуха. Кислород, насыщая кровь, бодрит почти как мана.
— Итак, — начинаю я, неспешно пройдя к креслу и развалившись в нем. — Ты меня все еще не убил. Но и не отпустишь просто так. Чего тебе надо?
Коршунов усмехнулся, изучая взглядом мою расслабленную позу. Подошел поближе, сел в соседнее кресло. Создаётся ощущение, что у нас здесь обычная светская беседа аристократов, кто-то из которых пригласил другого на чай.
— Ты мне мешаешь, сопляк, — сходу довольно откровенно зарядил он. — Как и я тебе, впрочем. И обычно в таких случаях рода объявляют друг другу войну, но… Она слишком вредит бизнесу.
Ага, бизнесу вредит. Так я и поверил. Нет, если граф отказывается от войны, значит либо не уверен в своей победе, либо знает что-то, что неизвестно мне. И хорошо бы выяснить, что именно.
— Но?.. — подталкиваю его продолжить мысль.
— Но решить спор всё-таки нужно, — скалится он жёлтой улыбкой. — И по этому поводу у меня есть следующее предложение. Ты чуть не прикончил моего сына на глазах десятков зрителей. Я в свою очередь купил твоего слугу и направил на тебя отряд наемников. Помимо войны, я вижу лишь один способ решить этот вопрос честно, как аристократы. Дуэль глав родов.
Я присвистнул. Ну нифига он губу раскатал — в честной дуэли шансов против него у меня откровенно мало, старик ведь отличный боец. Но что-то мне подсказывает, что тут нет особого выбора. Если я откажусь, меня вырубят, свяжут, и будут держать в подвале, пока не найдут похожий труп, чтобы подстроить пропажу без вести.
— Что ж… Я согласен.
Среднего роста парень с хорошо развитой мускулатурой сидел за шикарным столом из красного дерева, перебирая какие-то бумаги.
Артем Беркутов не любил ждать, поэтому как только в дверь его комнаты раздался стук, он с облегчением выдохнул.
— Заходи!
Огромный мужчина с легкой сединой на висках протиснулся внутрь и подошел к столу, протягивая своему начальнику большой черный прямоугольник с включенным экраном.
— Итак, — граф Беркутов принимает из рук охранника устройство, укладывая на стол перед собой. — Посмотрим, не подвело ли меня чутье.
Он ткнул в экран, и на нем сразу же стало проигрываться видео. Надо сказать, достать его оказалось очень непросто — запись с камер наблюдения в поместье великого графа даже для его связей и быстро растущего могущества были… Едва ли доступны.
На видео был запечатлен турнир, устроенный на приеме тверского графа Соснова по случаю возвращения того из командировки в Прикаспий.
Множество поединков проходили и заканчивались, не неся в себе ничего интересного, но вот экран показал последний бой, с участием юного графа Лисицына.
Артем с любопытством наблюдал за тем, как парень с первым рангом и потенциалом теснит взрослого ветерана боевых действий с пятой ступенью развития. И особенно, как он, уже практически лёжа замертво, вдруг встаёт и как ни в чем ни бывало готовится продолжать бой, зажигая пламя на руке…
— Всё-таки, это он, — губы графа растягивает улыбка. — Он здесь.
Наконец-то! Наконец-то он, истинный чемпион, сможет расквитаться с этим самозванцем! Да и сразиться с достойным противником, тоже приятная перспектива.