Даже в таком искусственно-отстраненном состоянии идти внутрь не хотелось.
Она видела, как ее рука схватилась за ручку входной двери, она ощущала вонь, тяжелой волной разлившейся по дому, и краем уха слышала чьи-то неуверенные шаги. В висевшей свинцовой тишине каждый шорох отдавался эхом от пустых углов старого дома, Алиса снова пересекла прихожую, осмотрела окровавленную комнату и неуверенно, не веря своим глазам, остановила взгляд на застывшем на ногах мертвеце.
Он тоже смотрел на нее вытекшими от страшного давления глазами. По красному лицу струилась непонятная жидкость, и, скапливаясь на подбородке, падала на пол.
Алиса не знала, что делать — мертвецы не стоят и мертвецы не смотрят. Этого не бывает, а зомби — всего лишь киношное клише.
Но этот стоял.
— По…мо… не, — прохрипел он, сделал в ее сторону шаг, запнулся и мешком повалился на пол.
— Нет-нет-нет, — закричала Алиса, пятясь назад, и ужасом наблюдала, как рука с распухшими пальцами потянулась к ней. — Господи!
У противоположной стены кто-то заплакал, но даже это не помогло Алисе отвести взгляда с мертвеца, но зато дало еще немного самообладания — на минуту. Настигшая ее после второго отката апатия ушла так же быстро, как и пришла, уступая место пьяному адреналину.
— Заберись под кровать, — срывающимся голосом прокаркала Алиса. — Или спрячься за кресло, быстрее! Я тебя вытащу.
В поле периферийного зрения кто-то промелькнул, но слишком медленно, и Алиса ждала, все еще не сводя взгляда с тянущейся к ней руки. Мертвец пытался встать, но сразу почти всеми конечностями, так что в итоге только неуклюже извивался на полу, оставляя после себя широкий кроваво-коричневый след. Наконец, на периферии все успокоилось, и Алиса впервые с выпускных экзаменов применила магию: это было опасно — вызывать огонь в деревянном доме и в таком состоянии.
Но к ней полз мертвец.
Из рук полыхнуло жаром, а извивающееся тело тут же охватило пламя. Она ожидала, что мертвец будет хрипеть от боли, но нервные окончания, скорее всего, сгорели еще при жизни.
Потом она сделала глубокий вдох отравленного воздуха, по краю скользнула к кровати и вытащила завопившую от ужаса маленькую девочку. Она брыкалась и выла, но спасение было уже близко — всего-то проскочить обратно и выбежать на улицу.
Мертвец все еще пытался встать, а от девочки снова потоком хлынула сила. В голове у Алисы снова что-то защелкало — после выброса, только каким-то чудом ничего с ней не сотворившего, ее ударило отдачей. Эмоции снова ненадолго выключились, и это помогло ей вместе с девочкой покинуть разгорающийся дом.
Воняло жареным мясом.
Девочка выла, прижимаясь к Алисе все крепче и крепче, она была грязная и мокрая. И в этот момент появился Горюн.
— Чернова, что у вас с лицом? — спросил он, отбирая у нее ребенка, а потом что-то тихо зашептал ей в маленькое ушко.
Тупо на это глядя, Алиса хотела предупредить его о выбросах, но слова комом встали в горле, а в голове снова защелкало.
Девочка все выла и выла, и, не в силах это слушать, Алиса опустилась на пожухлую траву, закрыв уши руками. С ней что-то происходило — кроме объяснимого покалывания по всему телу и трясучки, с ней происходило что-то еще. По-хорошему надо было вызвать скорую помощь, которая вколола бы девочке успокоительное, но мозг никак не мог докричаться до тела, и телефон в кармане молчал.
Горюн тоже сел, только на крыльцо, мельком озабоченно оглядев пожар внутри дома. Он качал на руках всхлипывающую девочку и тихо что-то говорил. Она успокаивалась, а огонь разгорался — под звуки сирен и свет мелькавших огней. Алиса даже не успела подумать, что нужно вызвать пожарных, как они приехали. Чьи-то руки ей помогли покинуть двор, и там ее встретил Кирилл. Едва на него взглянув, она что-то промычала, все еще не в силах выдавить из горла ком, и, пошатываясь, привалилась к забору на противоположной стороне улицы.
Подъехала скорая, затем, мигая сиреной, — силовая группа. Кто их всех вызвал? Горюн?
А где он?
Мысли путались, но одной-единственной четкой была мысль, что она не может просто сидеть на земле, пытаясь совладать с телом, когда другие что-то делают. Это ее работа, она должна встать, иначе…
Иначе что?
Возле скорой ее поймал Горюн, уже отдавший более-менее успокоившуюся девочку врачам, положил руки ей на плечи и внимательно оглядел.
— Спокойно, Чернова, дышите. Уже все в порядке.
Алиса помотала головой и прошептала, в ужасе глядя в его серые глаза.
— Там мертвец ходил…
— Вы в шоке, Чернова,— мягко сказал он и еще сильнее сжал ее плечи. — И переели этой дряни.
Алиса кивнула, наконец поняв, что еще с ней происходило: шок — это подходило, но раньше она думала, что это работает по-другому.
— Я не придумываю. Позвонил мужчина и кричал в трубку, как будто его пытают. Он кричал и кричал, и я попросила искателей… — она запнулась. — Узнать адрес. Приехала, а там… ну, он. Сначала мертвый лежал, а потом поднялся. Я не придумываю.
— Это уже не ваша проблема, — сказал он еще мягче, будто это было возможно.
— Он как будто взорвался от большого внутреннего давления…
— Чернова, не выводите меня из себя, замолчите, иначе я отведу вас к врачам. Хотите в больницу?
Она помотала головой. Никуда не хотелось, ее все и так устраивало, вот только еще сесть бы куда.
— Прекрасно, Чернова. Я сейчас поговорю кое с кем, и мы с вами поедем в контору, там и поговорим, — он как будто бы даже с сочувствием на нее смотрел, если это было возможно.
Он махнул рукой на машину, взглядом проследил за тем, чтобы она села внутрь, и скрылся среди откуда-то появившейся толпы разномастных людей.