Чтобы никого не смущать, король и королева замаскировались. Бродить по Хайланю без пристального внимания окружающих было куда приятнее, чем терпеть подозрительные, испуганные и уж тем более презрительные взгляды горожан.
— Моему отцу тоже не все равно, — неожиданно запротестовала девушка. Шаррина только позабавила такая дочерняя преданность. Особенно в свете текущих событий, когда отец, не выслушав родного ребенка, отправил ее на казнь. И она теперь стоит и защищает его, не тая в своем сердце обиды.
— Не все равно тебе, даже до меня доходили слухи о твоих подвигах. Мне особенно понравилась та история, в которой ты тайком сбежала из дворца и присоединилась к одной из битв с нами.
Королю не раз рассказывали о наследной принцессе Левердааля. О ее истинной любви к народу, которую ей, в свое время, пришлось выгрызать трудолюбием и упорством. О том, с какой готовностью она была готова положить жизнь за любого волка, попавшего в беду. Шаррина восхищала эта ее черта, он не раз думал о том, чтобы нанести мирный визит королю Левердааля, чтобы познакомиться с его дочерью, увидеть ее, чтобы убедиться в правдивости всех этих сплетен. Именно поэтому он и решил жениться на ней, не раздумывая. Малия напоминала ему самого себя, во многом. Если отодвинуть на задний план эмоции, рациональная его часть так и кричала — Хайланю нужна такая королева. Пусть и не сразу, но кицунэ оценят все ее достоинства. К тому же, если волчица будет проводить среди горожан также много времени, как и на своей родине, возможно, ей удастся указать королю на те проблемы, о которых он раньше не думал. Сможет еще больше улучшить свое государство, за которое переживал каждый день.
— Я не участвовала в самой битве, лишь уводила раненных с поля боя, — будто оправдываясь, ответила девушка.
— Что лишний раз доказывает мои слова. Касательно твоего отца… Я бы не сказал, что он плохой правитель. Как и многие другие до него, Нэйкл просто переложил заботу о государстве на министров, оставив себе обязанность лишь законы утверждать. К сожалению, чаще всего в таких случаях страдает народ. При таком раскладе министры позволяют себе много лишнего, вроде повышенных налогов, оседающих в их карманах на большую часть. Я слишком ответственный и педантичный для того, чтобы доверять важную работу другим, и делаю почти все сам. То, что ты видишь — результат многолетнего труда, и я надеюсь, что ты поможешь мне сделать Хайлань еще лучше.
Малия обвела улицу задумчивым взглядом. Конечно, она знала о том, что Левердаалем управляют министры, для девушки это было чем-то естественным. Король один за всем не способен уследить, для того и существуют помощники. То, что говорил Шаррин, звучало невероятно, взращивало в ней чувство сродни восхищению и уважению, но что-то даже еще более глубокое. Настолько сильное, что кончики пальцев подрагивают от мысли, сколько сил было вложено одним единственным мужчиной для того, чтобы сейчас жители Хайланя не знали нужды.
Более того, мысль о том, что Шаррин просит ее о помощи, не укладывалась в голове. Когда родной отец отмахивался от всех ее просьб, взываний к состраданию, новоиспеченный муж, которого она знает меньше недели, с радостью ждал от нее инициативы.
— То есть… если я попрошу тебя решить какую-то проблему… — все еще не веря, уточнила Малия, переживая, что попросту надумала себе лишнего.
— Я выслушаю тебя, и мы постараемся вместе найти выход, — с улыбкой подтвердил Шаррин. Во взгляде Малии вспыхнуло самое настоящее счастье. Она готова была прямо сейчас приступить к делу.
Теперь кицунэ тоже стали ее народом, пусть это и случилось против ее воли, а лисы, будучи от природы врагами волков, не внушали никаких положительных чувств. Время покажет, какие они на самом деле и может ли многовековая вражда, наконец, закончиться. А уж Малия постарается сделать так, чтобы ее приняли здесь. Если Шаррин действительно такой хороший король, она нисколько не жалеет, что решилась на этот брак.
— Волки отличаются своей честностью и жаждой справедливости, но тонут в своих проблемах. Мастера интриг и различных хитросплетений же процветают и не знают бедности, — с тоской проговорила Малия вслух, даже не заметив этого. Ей было жаль, что волки не могли встать на одну ступень с лисами, что они страдали. Тем более теперь, когда она больше не могла им помочь.
— Ты смотришь на все однобоко. Лисы не такие плохие, как привыкли думать волки. Скоро ты это поймешь, — уверенно заявил Шаррин.
Они прошли вдоль нескольких прилавков. Волчица с интересом рассматривала товары, разложенные на стойках, но подходить ближе и брать в руки не торопилась.