— Не для сна, — уверенно припечатал король.
— Почему? — одними губами спросила Малия, так и не решившись поднять на него взгляд.
Шаррин нежно прикоснулся к ее подбородку и чуть приподнял голову, вынуждая все же посмотреть ему в глаза.
— Потому что мне понравилось засыпать с тобой, — тихо ответил Шаррин, приближаясь. Между их лицами оставалось всего несколько миллиметров, Малия перестала дышать в ожидании прикосновения. — Потому что я хочу чувствовать твое присутствие рядом, мне так спокойнее. А у меня, можешь поверить, крайне неспокойный сон.
— Я бы так не сказала, — зачарованно шепнула Малия, с придыханием рассматривая каждую черточку его лица.
— Об этом я и говорю. С тобой мне спокойно.
Малии трудно было осознать смысл его просьбы. Она понимала, что, скорее всего, Шаррина мучают кошмары из прошлого и, возможно, ее присутствие как-то успокаивало его. У волков такое часто бывало с парой, но про кицунэ она ничего подобного не слышала.
— Тебе ведь все равно, кто будет согревать твою постель? Главное, что не один, — немного разочарованно спросила волчица, вспоминая о полигамности мужа. Раньше же он как-то справлялся без нее.
— Раньше я пробовал засыпать с наложницей, но это не дало результата, так что не ревнуй. Лекарь дал рецепт успокоительного отвара, который Рейнис делает для меня каждый вечер перед сном. Так было до вчерашней ночи, — Шаррин не вдавался в подробности, но знал, что жена поймет.
— Я не ревную, — огрызнулась в свою очередь Малия, а потом, помолчав, добавила: — Почему ты решил попробовать со мной?
— Потому что наш брак благословен Создателем, — серьезно ответил лис, удивляя ее. Она решила не продолжать разговор. Было много того, что Малии хотелось бы обсудить, но для одного вечера этого хватит.
— Рейнис твой приближенный? — тихо спросила Малия, решив перевести тему в менее серьезное русло.
— Да. Он один из тех немногих, кому я доверяю, — задумчиво ответил Шаррин, прикрывая глаза и с силой втягивая ее запах. Она так приятно пахла, что даже просто ее присутствие в этой комнате действовало на него умиротворяюще.
— Как вы познакомились?
И Шаррин рассказал о мальчике, сыне одного из бывших министров Хайланя, с которым он играл в детстве. К сожалению, отец Рейниса оказался предателем, и вся его семья была приговорена к смерти. Шаррин тогда был уже достаточно взрослым и сумел вмешаться. Отца и мать Рейниса казнили, но сам он стал помощником первого принца. Это была единственная уступка, на которую пошел ныне покойный король ради сына.
Семья Рейниса была редким исключением среди кицунэ. Его отец и мать состояли в законном браке, и у министра не было большого количества наложниц, лишь жена. В то же время супруги не хотели больше детей, поэтому Рейнис был их единственным ребенком. К лучшему, вряд ли отец Шаррина сохранил бы жизнь и другим детям предателя.
— А твоя мать? — осторожно поинтересовалась Малия, боясь задеть за живое. Но нет, Шаррин отреагировал достаточно спокойно.
— Я не знал, кто она. Когда наложница рожает ребенка, ее ссылают из дворца. Не без денег, конечно, — сухо ответил мужчина, но Малия поняла, что за его словами скрывается что-то еще. Что-то, что он пока не готов ей рассказать. Она содрогнулась, представив, какого это, родить ребенка и в тот же час расстаться с ним...
— Зачем? — осипшим голосом спросила девушка, сжавшись. Ее что, тоже ждет такая судьба?
— Чтобы не было лишних привязанностей. Чтобы никто не жалел, не делал поблажек.
«Чтобы наследник вырос сильным», — огорченно закончила за него мысль Малия, искренне сочувствуя мужу. Он вырос в суровых условиях без материнской ласки и тепла...
— Когда я... если у нас... — Малия не знала, как задать мучавший ее вопрос. Он казался ей безумным, а ответ пугал до дрожи. Что, если получив от нее ребенка, Шаррин поступит с ней также, как его отец с наложницами? Ведь тогда у него будет наследник с полными правами как на Хайлань, так и на Левердааль.
— Не выдумывай глупостей. Ты моя жена, я никогда не поступлю с тобой так жестоко. Партнеры меняются, когда устают и перестают привлекать друг друга. Зачем держать во дворце ту, что больше не привлекает тебя и которую больше не привлекаешь ты? А как выгнать мать собственного ребенка, если между ними уже образовалась прочная связь? Чтобы избежать подобных ситуаций, от наложниц, родивших ребенка, короли отказываются, расторгают все договоренности. Но это касается лишь временных партнерш. С тобой у нас все иначе. Я обещал, что больше не возьму другой женщины, что буду верен лишь тебе и не обижу тебя тем, что заберу ребенка, а тебя вышлю из дворца. Не сравнивай себя с наложницами, ты для меня важнее всех их вместе взятых.