Девушка пришла в себя через два дня, и выглядела она теперь гораздо лучше. С её чуть смугловатой кожи спала бледность, а в движениях чувствовалась лёгкость. Теперь она действительно могла убежать далеко.
— Как ваше самочувствие? — участливо поинтересовался лис, открыто рассматривая её.
— Намного лучше, благодарю, — сдержанно ответила она, поправляя выбившуюся прядь волос. Рука застыла на несколько мгновений, прежде чем нерешительно коснуться макушки. Из-за долгого сна её длинные каштановые волосы сбились в огромные колтуны, которые со стороны выглядели, мягко говоря, небрежно.
— Вы не должны выглядеть хорошо во время болезни. После того как поправитесь, служанки помогут вам распутать волосы, — заботливо сообщил мужчина, с лёгкой улыбкой наблюдая за её выражением лица.
— У меня нет столько времени. Нужно уходить как можно скорее, — в голосе волчицы сквозила паника, но теперь он знал её причины.
— В Хайлане вас никто не будет искать, принцесса Малия, — медленно протянул лис, с удовольствием отмечая смесь страха и удивления на симпатичном лице собеседницы.
— Хайлань? Я в Хайлане? — взбудоражено спросила Малия, сосредоточившись на главной своей проблеме.
Лисы и волки всегда были злейшими врагами, ссоры и многолетние войны никогда не утихали надолго. Хайлань и Левердааль, два государства, расположенные в пяти днях ходьбы друг от друга, почти всегда состояли в конфликте, но сейчас между ними образовалось хрупкое перемирие.
И теперь Малия находилась на территории врага, и неизвестно, что лис собирается с ней делать.
— Именно. Похоже, во время побега вы не задумывались о том, куда перемещаетесь, — с лёгкой издевкой заметил мужчина. С другой стороны, глупо было подкалывать девушку неудачным построением портала, волки сами по себе плохо колдовали.
— У меня не было времени на расчёт координат, — сердито выпалила Малия, поджимая тонкие губы.
— Понимаю. Во время побега для волка это было бы слишком сложно, — мужчина сочувственно закивал головой, чем лишь усилил раздражение принцессы. Однако она сумела подавить вспышку гнева. Сейчас не время поддаваться эмоциям.
— Раз вы знаете, кто я и в чём меня обвиняют, что собираетесь делать? Выдадите отцу? — хмуро поинтересовалась волчица, сцепив пальцы в замок.
— Для начала я хотел бы узнать вашу версию произошедшего. Многие смотрят на ситуацию однобоко и, уверен, ошибаются. Иначе я не могу объяснить, почему любимая народом добрая принцесса вдруг убила своего новорождённого брата.
Он достаточно долго живёт на свете, чтобы понять простую истину — прежде чем принимать решения, нужно выслушать обе стороны и понять, чья правда звучит убедительнее.
— Вы первый, кто спрашивает меня об этом. Отец принял решение почти сразу же, не дав возможности оправдаться, — печально пробормотала Малия, вздыхая.
— Его ребёнок убит. Могу понять, почему король был настроен столь категорично, но он точно раскаялся бы в содеянном. Со временем, — не то чтобы сам мужчина был таким же эмоциональным. Когда дело касалось чьей-то жизни и он понимал, что в данный момент не может оценивать ситуацию беспристрастно, он откладывал это в сторону и только с трезвой головой позволял себе отдать приказ.
— Возможно, — произнесла Малия с безразличием, глядя вдаль. Несколько минут прошли в тишине.
— Итак… — подтолкнул лис, с нетерпением ожидая услышать захватывающую историю.
Заметив его интерес, Малия с легкой иронией улыбнулась. Лисы всегда были охотниками за развлечениями.
— Я не убивала его, — произнесла волчица. Под пристальным взглядом кицунэ ей пришлось продолжить. — Как вы уже сказали, меня любил народ. Мне всегда больше нравилось проводить время в городе, чем во дворце, и политика никогда не была моим призванием. Я была счастлива узнать, что у отца родился наследник. Из меня вышла бы ужасная королева.
— Тогда кто же убил вашего младшего брата и почему вас поймали на месте преступления? — когда Малия вновь замолчала, лису пришлось слегка надавить.
— Много лет назад у моей матери обнаружили тяжелое заболевание, которое не позволяло ей больше иметь детей. Но отцу был нужен наследник, и, поссорившись с матушкой, он взял наложницу. — Малия начала издалека, хотя это откровение было поистине невероятным.
— Говорили, что это королева родила наследника, — недоверчиво уточнил лис, вспоминая последние слухи из Левердааля.
— Ну конечно. Если у короля есть наложница, значит, и другим можно. А это ставит под удар все наши устои, — терпеливо пояснила Малия. — Матушка была недовольна, когда узнала о беременности. Она говорила, что это угрожает ее власти, и трон должна занять я, законная дочь. Мне стоило больших трудов убедить ее не подсыпать яд в еду наложницы отца. Рождение мальчика окончательно добило ее. То ли от страха, то ли от ревности, она заплатила стражнику, чтобы тот убил ребенка. Я… узнала слишком поздно и не успела его спасти. Меня нашли сразу после того, как я убила стражника, и в итоге это стало доказательством моей вины.