— Мне нужно помыться, — серьезно заявила волчица, а воображение Шаррина вмиг сменило картинку на еще более возбуждающую.
— Иди, — хрипло ответил он, от предвкушения даже мышцы свело. Перед мысленным взором уже отчетливо виделась его жена, горячие капли воды, стекающие по разгоряченной коже, ее тихие вздохи, которые он умело переведет в громкие несдержанные стоны…
Малия с подозрением всматривалась в черты его лица, явно улавливая настроение лиса, но все же кивнула и медленно, слишком медленно, направилась в смежную комнату. Звук льющейся воды достиг острого слуха короля несколько минут спустя.
Он выждал еще около пяти и сорвался с места. То ли Малия знала, что мужчина решит присоединиться, то ли случайно забыла закрыть дверь, что очень порадовало лиса. Шаррин бесшумно вошел в ванную комнату, с тихим шорохом снял с себя одежду, отодвинул шторку, скрывающую от него девушку, и сделал шаг вперед, переступая кафельный порожек. Малия до сих пор не замечала его, с закрытыми глазами мыла голову и думала о чем-то своем. Он не торопился, позволил себе полюбоваться ею, пока волчица не закончит.
Но надолго его не хватило, стоило Малии потянуться к баночке с ароматным средством для волос, как Шаррин решительно приблизился и обнял ее со спины. Девушка ахнула, от неожиданности раскрыв глаза.
— Шаррин, — прошептала она удивленно.
— Не мог не присоединиться. Надеюсь, ты не против? — жарко шепнул он ей на ухо, обжигая своим дыханием. Малия залилась краской, почему-то смущаясь в его присутствии. Это позабавило мужчину.
— Ты же хотел снять с меня платье, — немного невнятно сказала она, сглатывая ком в горле. Внизу живота сладко тянуло от желания, а горячий воздух уже напитывался запахом возбуждения, дурманящим ее, равно как и его.
— Передумал, — сипло ответил Шаррин, проводя ладонями по округлой попе жены. Она рвано дышала, ожидая его действий, но он, как обычно, дразнил.
Малия дернулась назад, крепче прижимаясь к мужчине. Он похотливо облизнулся на ее действия, разворачивая девушку к себе лицом, и тут же впился в ее такие манящие губы, вовлекая в жаркий, страстный поцелуй. Она ответила с тем же пылом, напором, всеми силами пытаясь притянуть его к себе еще ближе, хотя казалось, куда ближе?
От спертого воздуха горели легкие, но они не могли оторваться друг от друга ни на миг, упивались моментом, пока не довели до края. Казалось, в мире нет ничего важнее, чем слиться друг с другом воедино, ощутить себя цельным, будто соединился со своей второй половиной.
Чуть позже, когда возбуждение отпустило, но нега еще не покинула тело, он уткнулся носом в ее шею и с жадностью втянул ее сладковатый запах. Так и стояли в одном положении, медленно возвращаясь в реальность. Запахи, звуки, все медленно пробивалось сквозь мутную пленку в сознание, недостаток кислорода ощущался особенно остро.
— Ты закончила? — еле слышно спросил Шаррин, когда появились силы говорить.
— Нет. Ты же прервал меня, — пожурила она его, отстраняясь от мужа.
— Помочь?
— Если хочешь…
16 глава
Следующие три дня прошли тихо и мирно. Хина рассказала, что о королеве говорит весь город. Идея Малии пришлась горожанам по душе, и они питали надежду, что она привнесет в их жизни еще больше интересных праздников и развлечений. У Шаррина времени на все это не было, бедные кицунэ лишь раз в год что-то отмечали, да и то, как поделился с ней муж позже, просто потому что Смену года отменить нельзя. Так бы он вообще не заморачивался. И даже испытал облегчение от того, что больше не должен этим заниматься, переложив все предпраздничные хлопоты на плечи жены.
Воодушевленная Малия сумела выйти в люди на четвертый день, когда дела во дворце, наконец, отпустили. После праздника нужно было расплатиться со всеми, кто принимал участие в организации развлечений, а также собрать налог с тех, кто получил немаленькую выручку в тот день, а затем подсчитать итоговые расходы. Сумма вышла меньше, чем ожидала девушка, в Левердаале такие праздники требовали куда больше затрат.
Но вот суета закончилась, и она, наконец, вырвалась на свежий воздух. Ей так хотелось пройтись по гостеприимным улицам, пообщаться с местными жителями, послушать, о чем вообще переговариваются кицунэ, и навестить детей. Словами не передать, как она соскучилась по ним за все эти дни. Первые лица, которые с душой приняли ее в Хайлане.
Хина помогла надеть платье, гораздо более скромное, нежели положено королеве, но куда более роскошное, чем она привыкла носить для таких походов. Тиан уже ждал их за дверью.