В воздухе повисло недоверие. Волки считались самыми слаборазвитыми в плане магии, даже легкие заклинания давались им с трудом. Малия же демонстрировала обратное.
— Интересно, что регулярно сирот начали посещать три небезызвестные женщины. Насколько мне известно, до этого они никогда прежде не навещали этих детей. Поясните, милые дамы? — волчица выжидательно смотрела на наложниц и с долей снисхождения ждала их ответ.
— Нам стало жаль их, разве это преступление? — возмутилась третья женщина, первая придумавшая, что сказать на это обвинение.
— Вот как, — медленно протянула Малия, будто бы задумалась. — Тогда вы будете против, если мы дадим Ранде и ее воспитанникам возможность подтвердить ваши слова?
Малия кивнула в сторону лестницы, по которой только что поднялась настоятельница. Рядом с ней было лишь несколько старших детей и Тими, следующий за ней, как хвостик. Малия заранее попросила Хину привести их сюда, но сама Ранда не выглядела уверенно. В ее глазах застыл страх, и она судорожно прижимала Тими к себе. Без нужного толчка она ничего не скажет.
— Я тоже с удовольствием выслушаю их, — голос Шаррина прогремел, словно гром среди ясного неба. Малия вздрогнула и обеспокоенно обернулась, муж стоял прямо за ее спиной.
— Ваше Величество, — хором произнесли все присутствующие, склоняясь в глубоком поклоне перед королем. Лишь Малия застыла в полуобороте и с улыбкой рассматривала его, такого величественного и несгибаемого.
— Итак, Ранда, прошу вас, расскажите всем нам, где правда. Не бойтесь, вас более никто не посмеет обидеть, — уверенно заявил Шаррин, не сводя с настоятельницы настойчивого взгляда. Ранда стушевалась, но все еще не осмеливалась заговорить. Не знала, кого боится больше.
— Я... — хрипло начала она, но так и не продолжила. Внимательные взгляды со всех сторон лишь больше волновали женщину, от чего она больно стиснула плечо мальчика. Тими ойкнул и вырвался из ее хватки.
— Это все они. Они приходили к нам, угрожали. Говорили, что если мы впустим Малию, они снесут дом! — вскричал мальчик, неприлично тыкая в женщин пальцем.
— Тими! — в ужасе воскликнула Ранда, но тут и старшие дети вмешались. Все, как один, подтвердили слова лисенка.
— Это неправда! — в исступлении заявила Яуна, но её слова поглотил шум толпы. Правда теперь была не на их стороне.
— Вы посмели угрожать беззащитным детям, благополучие которых я так долго устраивал. Это серьезное преступление против Хайланя в целом и меня в частности. Арестовать.
Жесткий голос Шаррина вызывал дрожь по всему телу даже у Малии, хотя он обращался не к ней вовсе.
«Понимаю, почему все так безропотно подчиняются тебе», — подумала она, пока стража поднималась на помост.
— Мы лишь хотели открыть вам глаза!
— Она вам не подходит!
— Любая из нас лучше, мы никогда не будем ограничивать вас в выборе партнерши!
Голоса наложниц звучали наперебой, и волчица не сразу уловила слова каждой, но король слушал внимательно.
— Вы не хотите понять одну простую истину, я сам выбрал это. Мне не нужны наложницы, потому что Малия для меня важнее любой из вас, — резко бросил мужчина. Жестокая правда, наконец, достигла их, но было слишком поздно — они совершили непростительно много ошибок.
Стража увела бывших наложниц. Они заметно приуныли и более не смотрели в сторону короля. Теперь ему предстояло выступить перед жителями Хайланя, дабы навсегда закрыть этот вопрос.
— Вам всем известно, что я знал о происходящем, но, думаю, нужно объяснить мое невмешательство, — начал мужчина, когда вокруг все голоса смолкли. Шаррин обернулся к жене и протянул ей руку, призывая встать рядом. Неуверенно Малия вложила в его широкую ладонь свою такую маленькую и тонкую.
— Так как ситуация касалась в первую очередь Малии, она попросила меня не предпринимать никаких действий. Дети были в безопасности, пока их не посещала королева, а установить личность преступниц стало бы сложнее. Я решил дать Малии возможность проявить себя и позволил разобраться с этим самостоятельно, итог оказался впечатляющим. Она на деле доказала свою благосклонность и, я надеюсь, вопрос о верности моей жены более не поднимется.
На какую-то долю секунды город окутала абсолютная тишина, только шум ветра и шелест листвы на ветвях могучих деревьев нарушали ее. Малия напряженно ожидала своего приговора и крепче сжала руку короля. Шаррин скосил на нее взгляд и еле заметно улыбнулся, поддерживая. В конце концов, он всегда будет на ее стороне.
Послышались первые неуверенные хлопки, которые стремительно подхватили и другие жителя Хайланя. Настроение в городе вновь изменилось, но в этот раз Малия чувствовала, ее положение значительно укрепилось. Стоя здесь, сейчас, у нее не было ощущения, будто она застряла в зыбких песках, как это было каждый раз в Левердаале, а наоборот — песок словно становился плотнее, переставал затягивать ее глубже, отпускал. Значит, Шаррин был прав и сомнения взаправду укрепляют веру? Хотя бы здесь…