– Буду!
Я вернулась за стол. Мама с папой спросили, что я там начала говорить про Вологду, про универ. Я мысленно поблагодарила Ритку за звонок вовремя и сказала родителям, что нисколько не пожалела о том, что выбрала этот универ и эту профессию. Да и вообще, меня всё устраивает.
Я вернусь. Пора натянуть тетиву и взять его на прицел!
Новое черное платье, привезенное из Милана, смотрелось превосходно: длина чуть выше колен, плечи открыты, а обнаженную до пояса спину перечеркивали две тоненькие бретельки. Новое бордовое пальто, полусапожки на каблуке с узкими носиками, черный клатч и новые часики отлично дополнили образ. Я откинула назад рыжие локоны, капнула Chanel в область декольте и широко улыбнулась своему отражению в зеркале.
На вечеринку решила ехать на своей машине. Пить не собиралась – мне нужен здравый разум и уверенный слог.
Я не спеша ехала по шоссе. В лобовое стекло летели хлопья снега. Легкий мороз. Настоящая рождественская погода. На приборной панели светилось время – 19:47. Я опаздывала. Замечательно. Не любила приходить первой, предпочитала избегать тупое молчание, ждала, пока народ расслабится за бокалом вина, и тогда у всех развяжутся языки.
Дорогу к даче замело снегом, и пробраться к Риткиному дому на машине с низкой и очень жесткой подвеской было нелегкой задачей. Мотор машины недовольно гудел: Эй, мадам, ты ничего не попутала? Я рождена, чтобы гонять, а не трястись на кочках и ямах на скорости тридцать км в час.
Боевой настрой захватил меня, я готова была не то что заснеженный переулок преодолеть, а горы свернуть! Мой птенчик снова ходил возле капкана, нужно его только чуть-чуть подтолкнуть, и капкан защелкнется.
– Алло, Рит, у тебя звонок не работает? – клацая зубами от холода, спросила я после того, как несколько раз нажала кнопку на железных воротах.
– Что? – сквозь музыку крикнула она в трубку.
– Я сейчас коркой льда покроюсь! Открой ворота!
– Ой, Элька, сейчас. Эй, народ, кто-нибудь, откройте Эльке! – крикнула она и скинула.
Через десять секунд послышались быстрые хрустящие шаги до ворот. Мой спаситель торопился уберечь мои конечности от обморожения. Скрежет замка, и наконец-то ворота открылись. Моим спасителем оказался Смирнов.
– Привет, Эль! – Он раскинул руки в стороны, выставив вперед широкую грудь, обтянутую белоснежной рубашкой. – Обниматься будем или как? – улыбнулся и сгреб меня в охапку. Я обняла его. Наверное, только потому, что горячее тело Виталика на лютом морозе было очень даже в тему.
– С Рождеством тебя! И, кстати, с Новым годом, раз уж раньше не удалось поздравить. Я звонил тебе на прошлой неделе. Где хоть пропадала, расскажи?
– Может, для начала в дом войдем? – буркнула я ему в плечо.
– Да, давай. – Смирнов взял меня за руку и повел к дому. Пока мы шли по расчищенной тропинке, он грел мою руку: подносил ее к своим губам и наполнял теплым воздухом между нашими ладонями. До чего шустрый!
– А ты что это за рулем? Праздник отмечать не собираешься? – снимая с меня пальто, спросил он.
– А что, без спиртного праздник не праздник?
– Почему же? Тоже праздник. Нам он хоть запомнится, правда?
– Точно!
Смирнов жил спортом. Не пил, не курил. Я уважала таких, как он. Ему для веселья не нужен градус или дурь. Он очень классный, правда. Заботливый, веселый. Душа любой компании. И по ходу эта душа начала за мной ухлестывать.
В доме играла музыка и царил полумрак. Большую комнату освещали только разноцветные гирлянды. Смирнов, идя сзади, положил руки мне на плечи и направлял куда-то в толпу танцующих. Сначала на меня налетела Светка из нашей группы, затем Маринка, потом подбежали поздравлять Наташка с Ленкой. Алёна кивнула без лишних обнимашек. Я заметила, что в доме одни девчонки… ну и еще Смирнов. Неужели Сокола нет? Получается, и Цыпы тоже нет… Интересно, где они? Учитывая, что есть правило «на второй этаж никого не пускать», а на первом этаже лишь одна гостиная. Мое настроение сразу испортилось. Ко мне подлетела Ритка, следом за ней Романов.
– Коваленко! – крикнула она и повисла на моей шее. – С тебя штрафная!
– Привет, Эль! – Романов поцеловал меня в щеку.
– Приветики. С праздниками! И да, Рит, я за рулем.
– Чего-о? – нахмурившись, протянула она.
– Приболела с этими переездами, пришлось пропить антибиотик. Так что если тебе не безразлична моя печень, то…
– Да поняла я, поняла! – гаркнула Ритка и слегка стукнула меня по плечу, а затем прошептала на ухо: – Смирнов весь извелся.
Ритка покосилась на Виталика, который крутился у стола и набирал на тарелку канапе.